Мирное племя Льюка, устав от бесконечных набегов разбойников, уходит в северные земли. Но и там они не могли уберечься от беды. Банда Вилу Даскара напала на беззащитных детей и стариков, когда сам Льюк и остальные воины не могли помочь своим родным. С тех пор Льюк жил только местью. Вилу Даскар получил сполна за свои злодеяния, но и сам Льюк погиб. Но жив его сын Мартин, которому суждено стать покровителем Рэдволла и величайшим воином Страны Цветущих Мхов.
Станут старыми молодые,
Старые станут ещё старше,
А трусы отступят,
Но храбрые станут храбрее.
Смелость проснётся в тихих сердцах,
Но кто скажет, откуда она берётся?
Правда в песне, неспетое часто лжёт.
Птичка-мать защищает детей,
А они отдают жизнь за друзей.
А эхо идёт вперёд и не заканчивается.
Что никогда не поворачивает и бежит, но стоит?
Это рождённые воинами, а не те, которые ими стали!
Живущие в мире много сезонов
Тишина в жизни и звук причина
Пока не придёт зло, злобные орды
Заставляющие воина поднять свой меч.
Посылающий вызов не сдаётся, честный и справедливый,
Справедливость с нами, берегись! Берегись!
Первое утро лета было необыкновенным!
Странствующая ежиха Тримп путешествовала по лесным землям, как в чудесном сне, вдыхая красоту Страны Цветущих Мхов, которая так отличалась от холодного северного побережья, откуда она пришла. Роса ещё покрывала каждый лист, нежный туман веточек могучего дуба, стройной рябины и величавого вяза оплетали зелёно-золотые лучи солнца. Птицы сладко выводили трели, бабочки невесомо порхали, пчёлы деловито жужжали над цветами, папоротниками и камнями, покрытыми лишайником. У Тримп было так легко на сердце, каким лёгким был и её рюкзак на спине. Она не обращала внимания на голод, наслаждаясь своими чувствами окружающего великолепия и восторгаясь новым сезоном. Весело размахивая своим ясеневым посохом, она станцевала коротенькую джигу и запела:
Как только Тримп закончила петь, голос приветственно окликнул её:
— Тебе тоже доброго дня, симпатяга!
Она остановилась у края оврага. Два крепких старых ежа стояли на тропе по другую сторону, весело улыбаясь. Они были очень похожи на друг друга. Один из них крикнул ей:
— Мы поможем вам перебраться через овраг, мисс. Оставайтесь там!
Шагнув назад, Тримп дерзко подмигнула парочке:
— Неа, это вы оставайтесь там. Я сама помогу себе!
Разбежавшись и подпрыгнув, она вонзила длинную ясеневую палку в дно оврага и ловко перелетела на ту сторону оврага. Оба ежа неистово изогнулись, пока их колючки на спине не затрещали, это был древний ежовый вид аплодисментов. Тримп сразу понравилась весёлая парочка. Она встала прямо перед ними и по правилам опустила голову, и они сделали также, пока иголки на головах всех трёх зверей не соприкоснулись в традиционном приветствии их вида. Представление было выполнено.
— Добрые господа, меня зовут Тримп Странница.
— Сударыня, меня зовут Ферди, а этот толстый мой брат Коггз, мы оба из аббатства Рэдволл.
Коггз фыркнул, указывая на обширный живот Ферди.
— Сударыня, я не такой толстяк, как старина Ферди, не так ли, мисс Тримп?
Она хихикнула.
— Вы такие бочкообразные, как никто другой.
Ферди и Коггз обменялись быстрыми сдержанными взглядами:
— Она вполне симпатичная, даже симпатично наглая!
— Да, просто безжалостно верно. Как все симпатяги!
— Однако она хилая. Ты думаешь, она сможет помочь тащить бревно?
— Мисс Тримп не хилая, она стройная — но сильная. Держу пари, она просто перепрыгнула вон тот овраг. Она может таскать брёвна.
Тримп сильно сжала губы.
— Конечно, я могу таскать брёвна. Я могу тащить бревно вместе с вами двумя на нём, если захочу. Но я сегодня чувствую себя очень слабой, потому что мой рюкзак пустой. Итак, таскание брёвен требует вознаграждения пищей.
Ферди и Коггз обменялись ещё более сдержанными взглядами.
