Поднимаясь по ступеням, парень в какой-то момент заметил, что если не задумываться, то за него все логичные действия совершает тело, причем строго в том же порядке, как это было бы сделано осознанно: оглядываться в поисках друзей и знакомых, здороваться, обмениваться личными приветственными жестами.
Это открытие позволило откинуть роившиеся в голове гипотезы и свести поиск объяснения происходящего к одному более или менее приличному: это его же прошлое. И хотя он не помнил каждый день осеннего семестра первого курса (те страшные и изматывающие дни постепенно истирались из памяти), но все происходящее он переживал явно не впервые.
Ответив на “привет” Лизы и Кати классическим “салют” и пожав руку поднявшемуся навстречу Семёну, парень взгромоздился на шестой ряд позади друзей. Кинув на парту тетрадку и ручку, он склонился к другу.
– Слушай, Семён, ты не замечал последнее время ничего странного? – серьёзно начал парень.
– Нет, последнее время сводки чисты от происшествий в районе моего места жительства, – в тон вопросу начал “отчитываться” Семён.
– Не валяй дурака, я серьезно!
– Это заметно. А если конкретнее? Что, например?
– Да что угодно! Несостыковки времени, провалы в памяти, отключки.
– Ещё скажи экзамен автоматом и ангел с белоснежными крыльями, который защитит тебя от 14-часовой сдачи коллоквиума по неорганике. Спать надо больше: и ни тебе провалов, ни отключек. И время путать не будешь…
Пока друг вещал про норму сна и режим, парень вытаращился на место по правую руку от него. На нём восседала темноволосая девушка, закинувшая ноги в модных кроссах на парту. За спиной виднелись белые крылья, сложенные перышко к перышку. В руках незнакомка держала планшет и набрасывала скетч. Друг тем временем продолжал вещать.
– Говорю тебе, засели́сь в общагу, проще будет. А то гробишь по три часа в день на…
– Эээ, Семён, ты тоже её видишь? – перебил монолог парень. – Что ты там про ангелов говорил?
– …на дорогу. А? Что говоришь? Привидения уже стали мерещиться? Может ты ещё и выпил? А черти и демоны не видны вокруг? А хотя если тут есть ангел, то откуда б им взяться…
– Ладно, забудь, – отмахнулся парень, разглядывая девушку, которая как ни в чем не бывало продолжала рисовать и явно получала от этого массу удовольствия.
Взгляд Семёна на секунду расфокусировался, он рассеянно умолк, потом огляделся и подсел к разбиравшим матан Лизе и Кате. Всего этого парень не заметил, поскольку осматривал аудиторию в поисках других непонятных пришельцев с крыльями.
– А ты освоился, – раздался звонкий девичий голос.
Парень резко повернул к ней голову и схватился на шею, которую обожгло огнем от такого неожиданного действа.
– А вот этого не надо. Повредишь себя здесь, в воспоминаниях, в реале аукнется.
– В воспоминаниях?? – с некоторым недоумением переспросил парень, потирая затылок. – А я уж подумал, что в прошлое загремел.
– Прошлое? Думала, ты догадался, – девушка отложила наконец планшет и повернулась к собеседнику. На щеке у неё красовалось нарисованное черной ручкой сердечко, и сейчас она рисовала такое же себе на левом запястье.
– Что-о-о? Нравится мне, вот и рисую, – воскликнула она в ответ на удивленный взгляд. – А вообще помоги: нарисуй мне на правой такое же. А то левой рукой неудобно.
Ошалев от такой просьбы, парень плюхнулся на сиденье и взял протянутую ручку. Вырисовывая края сердечка, он пробормотал: “А я думал, все ангелы амбидекстры”.
– Пыф. Я весьма условно похожа на тех, о ком ты думаешь. Хоть и отзываюсь на Ангела, вообще меня зовут Айлия.
– Айлия, Айлия. Звучит сильно. Можно просто А́йли?
– Эх, так и быть. Всюду упрощения, – девушка тоскливо вздохнула. – Но надо тебя в курс дела ввести, пока дров не наломал. Мы в воспоминаниях, как уже мог заметить, твоих. Отсюда и эта красивая подсветка мира: ты наблюдаешь уже погасший свет прошлого, но, поскольку его отблески хранятся в твоей памяти, все окрашивается в близкий черному фиолетовый оттенок.
– А будущее окрашено в красный? Ну, с другой стороны спектра?
– Ни знать. Меня там не было. Да и это объяснение мне дала подруга-физик. Мне это неблизко.
– Оооокееей, – протянул парень, – а что ты имела в виду под словами, что я освоился?
– Твой друг. То есть его память. В своих воспоминаниях ты сильнее других. Ты сказал ему “забудь” – и он забыл. А в реальности это останется неловким воспоминанием, например, твоей неудачной шуткой, которую он выслушал, но не нашел её смешной.
Внезапно парню стало душно в этой просторной и всегда проветренной аудитории. Он встал и стал двигаться в сторону выхода.
– Я бы этого не делала на твоём месте! – последовал остерегающий оклик.
– И почему же? – парень ощутил подступающую злость оттого, что ему указывают, что делать.
– Чем сильнее и грубее ты нарушаешь ход воспоминаний, тем хуже будет по возвращению: пока ты будешь докапываться до правды, пытаясь понять, какое из воспоминаний истинное, мысли об этом времени будут путаться и разрушать мозг. Не знаю, как тебе, а мне такая участь моей памяти не нравится.
– И как вернуться тогда? Хотя нет, лучше скажи, как я тут оказался и зачем?
