Где находится грань между доверием и наивностью? Между спокойствием и закрытыми на проблему глазами? Анна не бралась сказать наверняка. У нее был опыт во многих вещах, которые другим людям даже не снились. Но, и вот это почти забавно, о нормальной жизни она знала не так уж много.
Если она согласилась жить с кем-то, нужно делать поправку и на его мнение, так? Даже если он творит глупость. Это компромисс или что-то в этом роде. Поэтому пока она решила не тратить время на допрос с пристрастием, даже когда Леон вернулся под утро, мрачный, потрепанный и пропахший дымом.
Ей не нужны были вопросы, она и сама без труда вычислила, чем они с Яриком занимаются. Ночью он пришел откуда-то с запахом дыма, пропитавшим одежду, а утром новости трубили о страшном взрыве в коттеджном поселке. Не так уж сложно соотнести одно с другим.
Она и мысли не допускала, что взрыв устроил Леон. Это не в его природе. Не то чтобы он боится убивать, поздновато уже думать об этом. Но из-за прошлого его семьи он старается избегать ненужной жестокости, а сложно представить нечто более жестокое, чем подрыв жилого дома. Он, скорее всего, просто наблюдал — и стал свидетелем чужих войн. Анна лишь надеялась, что это станет для него достаточным уроком и он больше не будет туда соваться.
Поэтому она заставила себя отстраниться от этой истории и сосредоточиться на деле. Это сейчас было особенно важно, хоть и неприятно.
Потому что их главный подозреваемый исчез, и это ее задевало. Она ведь не сочла его достаточно важным изначально! Она видела, что Дмитрий Доброхотов искренне шокирован смертью жены, у него горе, траур. Насколько гениальным артистом нужно быть, чтобы изобразить такое?
Теперь же, когда он снова понадобится им, оказалось, что он пропал еще неделю назад. Она такого не ожидала… да никто не ожидал, иначе за ним установили бы наблюдение! Но после смерти жены он жил обычной жизнью, работал, изредка общался с друзьями. Почему он исчез — вопрос отдельный, не факт, что именно он — убийца. Однако найти его нужно было в любом случае.
Этим занимался Чеховский, а она пока собирала материалы о Доброхотове. Ничего подозрительного там не было: рос в приличной семье, звезд с неба не хватал, но и не стремился к ним. Честный, работящий, семью содержал. Никаких предпосылок для того, чтобы стать настолько жестоким убийцей. Ну и вот еще что важно: его семья не была связана с родственниками погибших. Это был бы тупик, если бы не таинственное исчезновение Дмитрия.
Плюс ко всему, на ночь убийства жены у него было алиби, об этом тоже нельзя забывать. И хорошее алиби! В полиции тоже не дураки работают, Дмитрия Доброхотова не напрасно списали со счетов.
— Что будем делать? — поинтересовался Леон. Он уже принял душ, и теперь от него пахло лосьоном после бритья, а не дымом, и это к лучшему. — Надеюсь, ты не винишь себя в том, что он улизнул?
— В определенной степени.
— Да ладно тебе! Он ушел не только от тебя. Этот Колобок ото всех укатился: ни я, ни Чеховский его не подозревали.
— Не сочти за снобизм, но вам простительно его не подозревать, мне — нет.
— Аня, это снобизм, сочту я так или нет, — укоризненно бросил он.
— Как посмотреть. Чихуша — полицейский, его задача — бандитов в наручники заковывать да в бумажках копаться. Ты — оперативник. Я — профайлер, и именно мне полагается вычислять преступника, даже если он совсем не похож на преступника. Но что сделано, то сделано. Будем искать.
Ей все равно было обидно. Только вот обида — чувство неконструктивное, толку от него не будет. Если Анонимом действительно окажется Дмитрий Доброхотов, он может собой гордиться. Он уверенно прошел тем же путем, что и его кумир — Зодиак.
Зодиака ведь тоже почти поймали. Он убил Пола Стайна посреди города, это услышали, район мгновенно наводнила полиция. А он еще и был без машины, потому что не так просто убить таксиста, катаясь на своем автомобиле! Ему нужно было выбираться из зоны оцепления пешком.
Вот тогда его и заметили двое патрульных — Дон Фуке и Эрик Цельмс. Они уже знали, что произошло убийство, им сообщили, что подозреваемый где-то поблизости. И тут на дорожке перед ними появился одинокий рослый мужчина — разве так сложно было сделать правильный вывод?
Но они его не сделали. Потому что вместе с по-настоящему ценной информацией поступила и ложная. Подростки, ставшие свидетелями убийства, пытались объяснить, что на преступнике была черная маска или капюшон. Но полицейский дежурный, видимо, утонув в своих мыслях, сообщил всем, что подозреваемый — негр.
Фуке и Цельмс ухватились за этот кусочек данных, замкнулись на нем и потеряли самое главное для следователя — способность мыслить. Они увидели, что по дорожке идет белый, и этого им оказалось достаточно. Если бы они присмотрелись к нему внимательнее, они увидели бы, что его одежда залита кровью, как и его руки. Но они не присмотрелись, они мило побеседовали с ним, так ничего и не заподозрив.
