Два слова громче остальных.
Что. За. Пиздец.
Пока я стоял там, как дурак, Адам протиснулся мимо меня. Шанайя подбежала ко мне, но прежде чем я успел поднять руку, чтобы погладить ее, она помчалась обратно к Пайпер и зарычала, глядя на меня.
Предостережение собаки было понято мною очень ясно, поэтому я медленно переступил порог и прошел через комнату, встав перед Пайпер.
— Что происходит?
Она открыла рот, как будто хотела что-то сказать, но потом ее взгляд скользнул от меня к бумажке на полу у моих ног. Я поднял ее, прочитал, прежде чем снова обратить внимание на Пайпер.
— Ты беременна?
Она слабо кивнула.
— На каком сроке?
Ей потребовалось немного времени, чтобы ответить. Пока я ждал, пытался вспомнить, когда у нас был первый раз. Три месяца назад.
Пайпер, наконец, откашлялась и заговорила дрожащим голосом:
— Почти четыре месяца.
Я вздохнул с облегчением:
— Значит, не от меня.
Пайпер напряглась.
— Со сколькими, по-твоему, мужчинами, я спала?
Я провел ладонью по лицу, чувствуя себя готовым к битве и сожалеющим о своих словах.
— Я не это имел в виду. Просто мы были вместе только...
— Не хочу тебя расстраивать, но беременность женщины считается с последнего дня ее цикла, который, как правило, начинается за две недели до зачатия. Так что...
Я моргнул.
— Ты беременна... от меня?
— В точку! — Она резко упала, ее злость испарилась. — Прости, я не хотела, чтобы ты узнал об этом таким образом.
Женщины годами хотели повесить на меня ярлык папочки, но Пайпер была последним человеком в мире, кто стал бы мне врать. Если она сказала, что беременна, а я отец, то так оно и было. Вашу ж мать.
Бешеный гнев поднялся во мне, когда я попятился к двери. Не на Пайпер. На себя. И на судьбу, на эту тупую, мстительную суку.
Когда появился Джейк, я испугался, что он заменит меня, подростка, которого усыновили. Я подумал, что меня больше не захотят. Но он стал подарком, который сделал мою жизнь только ярче. У меня появился брат.
Пока я чуть не убил его.
Ни один ребенок не заслуживал такого отца, как я.
Следовало сделать вазэктомию тогда, когда фанатка наделала дырок в презервативах.
— Пожалуйста, скажи, что ты не собираешься проходить через это.
Боль на лице Пайпер, боль, причиной которой стал я, практически расколола меня надвое. Но через мгновение ее лицо превратилось в холодную маску.
— Собираюсь. — Она встала и вытерла глаза. — Но ты можешь не переживать.
— Что, черт возьми, это значит?
— Посмотри на меня. Сколько таблеток ты сегодня принял?
— Они по рецепту, — отстрелился я.
— Ха, от твоего лечащего доктора? Никто в больнице не станет выписывать тебе обезболивающие так долго. Ты все делаешь в избытке, Лэндон. Просто потому, что ты такой. Тебе не хватает быть обычным музыкантом. Нет, ты должен быть рок-звездой. Легендой. Тебе не хватает выпить стакан или два пива. Ты наслаждаешься выдержанным ликером. Нет, ты набухаешься до такой степени, пока не сможешь стоять на ногах.
— Я ни черта не пил с тех пор, как очнулся в больнице.
— И все же твои глаза стеклянные, несфокусированные. Ты под кайфом?
— Боже. Я принял всего пару таблеток. А ты ведешь себя так, будто я обдолбался.
Она уже вынесла свой вердикт. И была права. Я был ребенком наркоманов. Это у меня в крови.
— Что ты вообще здесь делаешь?
Я медленно моргнул, пытаясь вспомнить.
— Я предложил забрать Шанайю к Хармони.
На самом деле, я ухватился за этот шанс.
Пайпер кивнула и, стоя посередине комнаты, потянулась к сумочке и чемодану, черты ее лица слегка смягчились.
— Мне жаль, что ты узнал об этом таким образом, Лэндон.
— Серьезно? Не похоже, что ты вообще собиралась мне рассказать. Я приезжал к тебе в прошлом месяце, умоляя дать нам еще один шанс. Ты ни черта не сказала.
Она медленно покачала головой:
— О нет, не делай этого.
— А что? Я ничего не сделал, а ты, блять, держала меня в неведении.
— Серьезно? Ты — Лэндон Кокс, король вечеринок, легенда на сцене, парень, который не устоит от выпивки и цыпочки. Цыпочек. — Она закатила глаза. — Ты прячешься от всего, что идет не так, как ты себе представляешь. Боже, да ты прямым тексом мне сказал, что не хочешь быть отцом. Думаешь, я поставлю своего ребенка в ту же ситуацию, из которой сбежала?
Я молчал. Что мне было сказать? Каждое предложение было стрелой, поражающей намеченную цель с болезненной точностью. Но Пайпер еще не закончила.
— Твой брат. Твои приемные родители. Ты оставил их позади, точно так же, как поступил со мной. — Она вздохнула и продолжила. — Ни семьи, ни настоящих друзей, кроме коллег по группе. Как у тебя это получается?
— Не надо об этом, — предупредил я.
— Почему? Потому что правда причиняет боль? Лэндон, ты был типичным подростком, который хотел потусоваться со своей девушкой. Случилось что-то плохое, но посмотри, как ты отреагировал. Ты взял всю вину на себя и с того дня изолировал себя от всего.
Я разрушил свои стены, но вместо того, чтобы рассказать об этом, я перешел в наступление.
— Хочешь поговорить о семье? — Горький смех вырвался из моего горла. — Посмотри в зеркало, Пайпер. Ты не образец для подражания.
