Он вылез из-под кровати с пачкой презервативов в правой руке. Глаза его бешено вращались.
— Диего, — с укоризной произнес я, — во-первых, я с любимой женщиной, а во-вторых, она ревнивая.
Он смерил меня своим безумным взглядом.
— Диего узнает Странного, — скрипнув зубами, сказал он, пошевелив желваками. — Какой из меня губернатор!
Теперь интонации были знакомыми.
— Ты любишь эту девушку? — Вопрос был задан по-деловому.
— Да, — ответил я так же.
— Тогда так, Странный, — сказал Диего, облизывая губы. — За камином есть дверь вниз, глубоко… Вы с девушкой идете в комнату, когда все напьются, идете вроде для секса…
Он подбежал к камину и потянул за стоящую на его полке пепельницу. Панель камина отъехала в сторону. За ней виднелась аккуратная дверка около метра с половиной в высоту.
— И — туда, — вновь сверкнул глазами губернатор, дергая за ручку, — она открыта. Там лестница и люди. Люди внизу. У них электрический автомобиль, они знают, куда ехать. Понял?
Он посмотрел на меня, как папа, который хотел, чтобы его ребенок стал физиком-ядерщиком: с надеждой и мольбой.
— Шикарный план, — одобрил я с плохо скрываемой иронией. — Амиго мио, а на кой хрен такие сложности? Может, поверху пройти, к отелю? Или меня в лотерейном розыгрыше выбрали президентом Марса? Я готов! Во-первых…
— Странный, не надо «ля-ля», смешной юмор. — Он смотрел на меня уже с легким оттенком раздражения. — Делай, как тебе Диего сказал.
Я вытянул из пачки сигарету и прикурил.
— Диего, — сказал я как можно более проникновенно, — ты хороший парень — так мне показалось. Но я — парень глупый: назови мне хотя бы три причины, по которым я должен делать так, как сказал ты? Пойми, мне все интересно, я любопытен по натуре.
Диего тяжело вздохнул и опустился на кровать, продолжая держать в ладони пачку презервативов.
— Так я и знал… — хмуро выдавил он, глядя в пол.
— Тебе повезло, — флегматично сказал я. — Ты хотя бы знал… а вот я…
— Странный, — он вскинул лицо вверх, на меня, — мы про тебя кой-чего раскопали… Ты должен думать…
— Так это я, значит, грохнул марсианского бога, пока тот был маленьким?! — Я стал злиться.
— Странный, — он молитвенно прижал руки к груди, — ты поможешь Диего?
— Господин губернатор, выражайтесь понятнее, — процедил я сквозь зубы.
— Знаешь, как Диего любит Жирного Тэдди? — вдруг спросил он.
— Догадываюсь, — обронил я.
— Вот! — Диего со значением поднял свой указательный палец вверх. — Вот поэтому ты мне друг!
Я терпеливо молчал.
— Пока ты не был здесь, — продолжил он, тоже закуривая, — Тэдд очень поднялся… Диего знал, что Странный не сможет его пришвартовать…
— Диего, — не выдержал я, — губернаторы так не выражаются…
— Эй! Не суть. — Диего с досады плюнул… — Ну вот, — продолжил он без особого энтузиазма. — Тэдд брал в городе все больше и больше под себя… Он сотрудничает теперь с кланом Большой Реки…
— Ну реальный солидол, — сказал я насмешливо.
— Ну вот, — продолжал Диего, — кланы Персеполиса скопили так много богатства, что решили идти вперед…
— Благо не назад, — ехидно вставил я, но он, казалось, не слышал.
— Персеполис маленький — все знают про всех, но… — Он говорил словно в нос.
— Что «но»? — Я насторожился.
— Паладины сильно обнаглели, да и, само собой…
— Диего! — Я пытался сдвинуть его с мертвой точки…
— Жирный Тэд объединил воротил всего города в общий картель. Меня продвинул в губернаторы, чтобы самому не светиться. Он выступил с предложением вступления Персеполиса в Совет Четырех Городов: бизнес нужно увеличивать. Надо много торговать. С паладинами дела вести трудно: очень они дикие — могут кинуть и наехать. Да и жадные очень.
Диего говорил горячо и увлеченно.
— И вот они решили на своем совете, что надо поднять город на некий уровень жизни, по крайней мере сделать вид, что так и есть, — иначе Четыре Города и говорить с тобой не станут. Видел, как в Лихоторо живут?
Я кивнул, выпустив дым из ноздрей, и очень внимательно слушал Диего.
— Вот. — Диего тоже кивнул и облизал пересохшие губы. — Этот бизнес с тотализатором стал популярным, и оружие в цене подросло, хоть и не сильно, и привозят его теперь больше, и выбор…
— Ну а про нашу скромную роль в марсианской интеграции теневых рынков что скажешь? — Я прищурясь глядел на него.
Диего поднял на меня глаза и так же внимательно попытался меня разглядеть сквозь сигаретный дым.
— Я не знаю, Странный, в какие ты игры играешь, — сказал он медленно. — Диего хочет верить, что мы с тобой не окажемся по разные стороны.
— Я, в отличие от вашего Жирного Тэдди, не игрок, — сказал я холодно, — скорее участник. А если ты против него, то мы с тобой всегда на одной стороне, Диего! Выкладывай: зачем нам все эти тайны «марсианского двора»? Почему к нам такое внимание?
— Да ваш бой возле Башни был самой обсуждаемой новостью почти сутки. — Диего сверкнул взглядом.
— Тэдди небось и это снимал? — поинтересовался я.
— Наверняка, — согласился Диего, мрачно глядя в пол. — Там несколько дней воевали…
— Это на меня так ставки возросли, что вы устроили нам такую встречу? — ядовито осведомился я.
