Но никому этого не нужно: деньги чужие — нужны совсем другие результаты! На нас просто решили испытать бурный рост развития общества, да еще и простимулировать все это войной — наука и техника лучше всего развивается для войны, а наша страна лучше других годилась на роль агрессора: погляди сам — маленькая Германия решила напасть на ВСЕХ! Тебе самому не смешно? Ладно… Это я говорю от обиды — я просто прочел, что война уже окончена, она принесла потрясающие результаты для этих господ, которые хотели не только нажиться на продажах оружия, но и получить некие очень важные результаты, опыт манипуляций массами, секретные разработки, которые потом можно будет довести до ума в тишине и покое… Ох… многое такое, чего в двух словах не расскажешь… В этой кровавой бойне не выиграют ни немцы, ни остальная Европа, ни русские, да и Америка не самая богатая страна… Все наши генералы и светлые умы, выгодные люди — уже сейчас готовятся к эвакуации по разным странам. Есть секретные планы «Черных братьев» с линиями спасения всех, кто может понадобиться. Здесь победа за этими теневыми фигурами, которым начхать, что бомбят их страны и гибнут их солдаты, — они каста царей, которые передвигают пешки по гигантской шахматной доске, понимаешь? Мы — просто мясо… так хотят думать они… А я не хочу становиться чьим-то мясом, как, наверное, и ты… Странный, ты меня слышишь хотя бы? А?
Я почувствовал, что лежу на чем-то мягком, и все мое туловище ноет, словно им гоняли по пустыне целую стаю диких церберов. Случайно пошевелив рукой, я понял, что оба моих запястья скованы какими-то железяками. Затылок продолжало ломить, во рту было сухо. Я попытался приоткрыть слипшиеся веки — с третьей попытки мне это удалось.
Я был в том же помещении, только сейчас горели какие-то тускло-фиолетовые софиты на стальных ножках — прямо в глаза. Можно было разглядеть громоздкую аппаратуру, мерцающую индикаторными огоньками, и койки — от всего этого веяло обстановкой операционной. Да и запах стоял похожий. Я лежал, пристегнутый по рукам и ногам к странного вида койке. Вдруг мне показалось, что мой сон продолжается, я даже невольно вздрогнул, отчего тело отозвалось резкой болью: прямо напротив моей койки находилась какая-то тумба, на которой стояла отрубленная голова Дарби со знакомой улыбочкой в виде гнутой канцелярской скрепки. Голова глядела прямо на меня и неожиданно заговорила:
— Очнулся наконец. — Голова Дарби удовлетворенно ухмыльнулась. — Ты хоть слышал, о чем я сейчас с тобой разговаривал?
Я разглядел в полумраке двоих часовых с автоматами, рядом с которыми сидел на низенькой табуретке давешний карлик с длинной шеей и клювом вместо рта. Он внимательно смотрел на меня своими жуткими, чуть выпуклыми глазами, поблескивающими в темноте.
— Привет тебе, ублюдок, — сказал я, с трудом выговаривая слова. — Только башка у тебя осталась? А где же остальное?
Дарби сухо рассмеялся.
— И я, и я очень рад тебя видеть вновь, Странный, — сказал он с легким оттенком разочарования. — Мы ведем нашу трансляцию с борта вездехода, который неумолимо движется к своей заветной цели… эх… Все необходимые данные я получаю по Сети с высокой пропускной способностью! Вот так!
— Где туристы? — спросил я.
— Я их отпустил, — сказала говорящая голова, которая была, к сожалению, всего лишь голограммой.
— Отпустил? — удивился я.
— Ну да, — ответил тот, — а зачем они мне? Лишний груз…
— Но они же свидетели…
— Входа на объект они не видели, — продолжила голова с ехидной серьезностью, — а своей цели я уже достиг…
— Это какой же? — Способность соображать возвращалась ко мне очень медленно.
— Ну как какой? — Дарби, казалось, тоже удивился. — Я захватил и тебя, и гида, а заодно заставил вражеского агента выдать себя. Это ведь красотка Лайла привела тебя сюда? Не так ли? Я догадывался, что у агента есть ключ от объекта и он, вступив в контакт с тобой, приведет тебя сюда вернее, чем я, теряя время, буду кружить по пустыне в поисках прыткого парня по кличке Странный. Логично? А в том, что агент пойдет с тобой на контакт, я не сомневался ни секунды — насколько я в курсе, за мою настоящую голову уже объявлен неплохой гонорар, а ты добровольный помощник, и делиться с тобой не надо…
— Ловкий ты пиарщик, неужели ты собрался переиграть «Пантеон»? — спросил я.
— Так эта сучка тебе все разболтала? — прищурился Дарби. — Значит, я типа сейчас в роли суперзлодея, который должен рассказать главному герою все свои коварные замыслы, а тот в последние секунды возьмет и сорвет его чудовищный план — так, что ли?
— Брось паясничать, Дарби, — проговорил я медленно. — Мне просто любопытно, чего ты хочешь, а ведь важного ты мне все равно не скажешь.
