— А со своим мужем она знакома давно, — продолжала Лайла, — и когда он ронял в их разговорах, как ему казалось, ничего не значащие фразы, она многое могла понять. Я вообще не удивлюсь, если выяснится, что у нее такие же способности универсала, как и у тебя, просто у нее не было условий, достаточных для их раскрытия, а у тебя были. Поэтому тебя к ней и тянет — рыбак рыбака…
— Ну ладно, допустим, она многое понимала, — отмахнулся я раздраженно, — и что дальше? При чем тут неискренность?
— Она тебе не стала рассказывать все сразу, — продолжила Лайла тоном прокурора на суде. — Я же помню, как она испугалась и выдала себя этим своим бластером. Ты тоже стал догадываться, что не все так просто. Я видела — ты ее потом почти два часа мурыжил расспросами, и готова поспорить, что и тогда она тебе не рассказала всего…
— Ну не рассказала сразу, — кивнул я, — рассказала потом, чего тут подозрительного, о пронзающая взглядом людские сердца? Ирина по природе человек скрытный и недоверчивый. Ее просто надо уметь почувствовать…
— Вот это-то у тебя и не вышло, — подытожила Лайла.
— Слушай, катись ты со своими разводками знаешь куда? — не выдержал я.
— Можешь психовать, — спокойно сказала Лайла, — это только доказывает мою правоту.
— Ну хорошо, извини, — сдался я, — чего же я так и не понял-то? В чем криминал?
— Да ничего особенного. — Лайла покачала головой, сделав невозмутимое лицо. — Просто надо сопоставить некоторые факты, которые ты, наверное, знаешь, но, как влюбленный человек, не замечаешь их…
— Ну давай попробуем вышибить из меня романтическую чушь. — Я ухмыльнулся.
— Первый ее тур был в Новые Афины?
— Она так мне говорила, — кивнул я.
— А приземлились они тогда в долине Маринера, — сказала Лайла, — где твой клан находится…
— Ну вообще-то долина огромная, — вставил я.
— А повели их группу Охотники Кольт, Трутень и Хоккеист, — продолжала она, будто не слыша меня.
— Справки ты навела качественно, — хмыкнул я, хотя чувствовал нутром, что за всем этим кроется что-то скверное, но что?
— Да, — невозмутимо кивнула Лайла, — наши агенты нашли этих Охотников и допросили. А те рассказали много интересного.
— А именно? — поинтересовался я.
Все внутри меня сжималось в плотную пружину.
— А именно, что, когда они добрались до Новых Афин и тур уже подходил к концу, Ирина уже, скорее всего, знала о гибели своего мужа, потому что предложила Охотникам за хорошую плату сопроводить ее, уже без туристов… как ты думаешь, куда?
Она выдержала эффектную паузу.
— Ну? — не стерпел я.
— Как ты, наверное, и сам догадался, к вулкану Олимп! — Она посмотрела на меня внимательно.
— Отлично, — кивнул я в свою очередь, хотя внутри меня все похолодело, — возможно, ее муж как-то подстраховался на случай, если он не сможет встретить ее вовремя, и оставил в городе связного, так как знал заранее, в какой город поедет Ирина.
— Все может быть, — кивнула Лайла, — и еще одна деталь…
— Какая? — спросил я напряженно.
— Этого ты не мог бы не заметить. — Лайла горько улыбнулась. — Когда вы уезжали на прием к губернатору Персеполиса, Ирина надела декольте, я оценила ее фигуру — да, я тебя понимаю, ты настоящий эстет!
— Не знал, что тебе нравятся женщины. — Я присвистнул.
— Чисто по-женски, Странный, чисто по-женски. — Она улыбнулась. — Я умею ценить чужую красоту, так как и саму-то бог не обидел. Так вот, о чем бишь я, ах да… бижутерия у нее тоже красивая, заметил? Такая змейка в виде латинской буквы «S»…
Я напряженно молчал. Внутри меня все бурлило, но я старался изо всех сил, чтобы этого не было заметно! Черт возьми! Она рассуждала так похоже на…
— Итак, — с театральным пафосом продолжала она, — ты этот кулончик видел. А помнишь, как выглядит мой универсальный ключ от этого объекта? Который, как ты, скорее всего, понял, называется «Зеркало-9». Я не знаю, почему «Пантеон» избрал своей символикой этого змея, Уробороса. Да и технология изготовления у этих ключей, говорят, страсть какая сложнейшая и уникальная…
— Объясни ты мне, — я начинал дрожать, будто от сильнейшего холода, — что ты хочешь мне всем этим сказать?
— А ты не понимаешь? — Она вновь прищурилась. — Посмотри на эту женщину внимательно, пораскинь мозгами.
Она кивнула на безмятежно спящее лицо моего милого гида. Во мне боролось два чувства: заткнуть Лайлу насильно и разбудить Ирину и устроить ей серьезный допрос. Я даже забыл на несколько минут о том, что мы находимся в бетонной коробке, где навалом людей с оружием, которые с удовольствием будут в нас стрелять… или не будут? Или только по некоторым из нас?
— Лайла, — промолвил я наконец, — скажи уж свою версию, а я скажу потом свою, раз ты затеяла весь этот разговор. А то, не ровен час, сюда прибегут плохие парни…
— Ладно. — Она сжала губы, а у меня замерло сердце. — Вот эта хрупкая милая девушка перед нами — это и есть не кто иной, как пресловутый Посейдон, падший ангел из «Пантеона»… И он пока спит…
