После того как сыщикам бегло представили служащих, они торопливо разошлись по замку и ближайшим окрестностям, чтобы заняться своими обязанностями. Некоторые парни из конюхов и садовников сообщили Николаю, что их затребовал инспектор Мериган, для того чтобы помогали с оборудованием аквалангистам, а потом, вероятно, участвовали в поисках в лесу.
– Да пусть делает, что хочет! – устало махнул рукой Николай после небольшой паузы и снова зевнул.
С момента, когда сыщики познакомились с Орловским, прошло не так уж и много времени. А поведение мужчины менялось буквально на глазах. Он все время позевывал, устало хлопал веками, будто они постоянно помимо воли закрывались и на то, чтобы их вновь разлепить требовались значительные усилия.
Наконец Николая при помощи Натальи и Александра увели назад в кабинет и уложили спать на диване.
– Что-то здесь не так! – сказал всегда внимательный к деталям Гуров. – Рита, когда мы встретились с вашим отцом, он был бодр, даже перевозбужден. Нервное возбуждение, конечно, бывает, идет на спад, вернее, чередуется с пиками, особенно при сильном стрессе, но Николай слишком резко отключился.
– Плюсик вам за внимательность, господин сыщик, – усмехнулась девочка, крикнула Наталье, чтобы догоняла их, и жестом указала на центральную лестницу. – Пойдемте, покажу вам салон Лили и их с отцом спальню. А потом и весь остальной замок.
– А спокойствие по поводу состояния вашего отца, на чем именно оно базируется? – Кажется, Гуров уже начинал догадываться, в чем тут дело.
– Объясню по дороге, – хмыкнула девочка. – Впрочем, вы уже и так все поняли. Вы же не ели бутерброды со сливочным сыром и соленой семгой? Правильно, просто не успели. Отец их обожает, и, добавляя туда таблетку снотворного, я совершенно ничем не рисковала. Никто из вас просто не мог ухватить тот самый бутерброд. И не пойди я на крайние меры, он бы носился по замку без сна, взбадривая себя кофе и едой, пока не случился бы нервный срыв или, упаси боже, сердечный приступ. Третьи сутки пошли, как папа на ногах, и доводов он слушать не желал. А так поспит немного и проснется бодрым и готовым к действиям. Тем более что сейчас ничего особого не происходит, а вы приехали и можете приступать к работе, а он ничем пока не может помочь.
– Логично, – не стал спорить Гуров. – Но вы предлагали отцу спиртное, а вот это уже было рискованно. Смешивать снотворное и крепкий алкоголь не стоит, даже в малых дозах.
– Вы снова правы. Но я ничем не рисковала, предлагая отцу выпить, я знала, что он откажется. Он у меня из тех людей, кто расслабляется лишь тогда, когда кризис миновал, а до того предпочитает быть во всеоружии. И значит, не терять бдительности и не лишать себя быстроты реакции и возможности здраво судить о ситуации.
Тем временем они поднялись на половину лестничного пролета. Рита отодвинула в сторону большую резную панель из дерева, маскирующую двери лифта, и нажала кнопку.
– У вас в замке есть лифт? – удивился Стас.
– Да, пришлось пожертвовать частью фойе, а также парадной залы номер один и номер два, но, как по мне, они и так остались огромными. А вот жертвовать аутентичностью замка папа очень не хотел. И поначалу сильно сопротивлялся такому решению. А потому уступил-таки прогрессу, ведь жить в руинах, продуваемых всеми ветрами, без достижений современного мира удовольствие ниже среднего. И потом, лифт, он ведь способен сильно облегчить жизнь всем обитателям замка.
– Значит, ремонт здесь был проведен грандиозный?
– Да, он занял несколько лет и стоил уйму денег, разумеется. Свет и водопровод в замке уже были, их провел кто-то из прежних хозяев. Но коммуникации сильно прохудились и постоянно барахлили, так что пришлось их переделать, кроме того, из деревни провели несколько линий интернета. И к нашей с Лилией радости, кроме каминного отопления, было сделано паровое, только вместо батарей поставили тонкие современные панели, и они, как и шахта лифта, тщательно замаскированы, чтобы не вносить дисгармонию в облик старинного здания.
– И как вам, здесь стало теплее?
– Да не особо сильно, – говоря это, девочка поежилась. – Летом-то еще ничего. Но осенью и зимой тут даже после всех этих ремонтов и переделок остается какая-то нежилая сырость, сквозняки гуляют по длинным коридорам. А иногда влажность такая, что можно почти что туман увидеть. Может, близость озера так сказывается? Может, тот факт, что замок долго был необитаем? Некоторые нервные особы в этом тумане даже умудряются разглядеть некие пугающие образы и будоражат народ глупыми россказнями.
– То есть в призрак Белой дамы вы не верите?
– Нет, конечно же! Какой там призрак?! Постоянно барахлящая проводка, сырость и игра светотени.
– А подозрительные звуки?
– Сквозняки в широких коридорах, каминные трубы разных эпох и воспаленное воображение, – выразительно фыркнула Рита. – Представляете, некоторые деятели уверяют, что по ночам слышат в замке звуки играющей волынки?! То есть, по их словам, у нашей дамы имеется как минимум один придворный музыкант, – язвительно добавила девочка и хихикнула.
