— Вот вы учили своих молодых преемников. На что обращали их внимание?
— На многое. И на языки тоже. Вообще языки, как я вам говорил, надо знать в совершенстве. Один наш нелегал, человек высокообразованный, пробился в такую высшую военную школу, обучение в которой могло бы стать для разведки бесценным. Но там не удержался.
— Подвел акцент?
— Нет, некоторая неотшлифованность языка, немного совсем не хватило до блеска.
— Почему среди разведчиков-нелегалов немало долгожителей? Работа же нервная, столько сил отнимающая…
— Дед мой был могучий кузнец. Мог лошадь остановить. И, когда я шел на встречу с агентом или нелегалом, я, помимо соблюдения всех предосторожностей, которым нас обучают, вспоминал о деде и тихонько повторял про себя: уходите от меня, не прикасайтесь ко мне. Я иду на работу, иду важное дело делать. Не мешайте.
Если сам себя не успокоишь, то кто это сделает? Только Лиза. Но я всегда старался все тщательнейше продумывать. И никакой работы на ура. Постоянно пересекая границу одной страны, мы даже изучили манеру работы их карабинеров. Старались не попадаться часто на глаза одним и тем же людям: вдруг эта частота наших пересечении вызовет подозрения? От некоторых таможенников, пограничников, выказывавших большое служебное рвение, старались держаться подальше. Шли через других, более дружелюбных. Нам было чего опасаться: через границу перевозились секретные документы.
— Вы служили и в военной разведке, были преподавателем в спецшколе, работали под крышей диппредставительства, больше двух десятилетий в нелегалах… Что интереснее всего?
— Когда разведчик в консульстве, ему говорят: сходи, возьми, дай задание. А когда ты нелегал, всё или почти всё зависит только от тебя.
И пользы от тебя гораздо больше. Нелегальная работа — самая почетная.
— Михаил Исаакович, на своем столетии вы спокойно выпили, сам видел, рюмочку.
— Да вы сами со мной ее и подняли. Можно и две, а то и три.
— Что из напитков любите? Водочку?
— Да нет. Я предпочитаю виски «Блэк энд Уайт».
Трогательная была и очень интеллигентная пара. Елизавета Ивановна могла часами рассказывать о великих народных артистах МХАТа.
А кому было знать их, как не ей, пять лет проработавшей после возвращения из Штатов секретарем художественного совета легендарного театра. Актеры со званием народных наперебой рассказывали, что в нее в ту послевоенную пору были влюблены многие гениальные и великие.
Но ей и самой вместе с мужем было суждено стать легендами — только нелегальной разведки. Вообще из этой пары нелегалов более разговорчивым был, как ни странно, Михаил Мукасей.
В 2007 году мы отпраздновали в гостеприимном доме Мукасеев 100-летие его хозяина. До этого Михаил Исаакович спросил меня, с кем бы я предпочел отпраздновать его юбилей — с большим начальством или с друзьями семьи? Я предпочел друзей.
И тут же готовя статью к 100-летию, начал фотографировать Михаила Исааковича. Искал лучший ракурс, когда полковник предложил:
— А давайте здесь, на фоне настенного календаря. А то не поверят, что бывают и такие долгожители.
Больше всего меня поразило, что юбиляр успевал и поднимать тосты, и изящно отвечать на шутки друга, народного артиста Льва Дурова. Елизавета Ивановна сидела в колясочке и все вспоминала о Штатах, о других далеких и близких странах. Но вот кремень: ни слова о разведке. А зато сколько о МХАТе, о Чарли Чаплине.
Мукасеи ушли, и я понимаю: всему и всем свой черед. Да и дожить бы, сохраняя бодрость духа и трезвое сознание, хоть до 80. Вспоминаю эту пару часто. Уж очень они были хорошими людьми. С ними было легко.
Жаль, не зайти мне больше в квартирку на Фрунзенской…
Елена Косова ушла от нас в 2014-м в 89 лет. Общаясь с ней, понимал, почему говорят, что «в разведке служат талантливые люди».
Ее английский и в последние годы данной Елене Александровне длинной жизни был приятен, интеллигентен и отточен. Сколько уж лет пролетело с той поры, с 1949 года, когда молодой старший лейтенант внешней разведки Елена Косова отправилась вместе с мужем и коллегой по Службе Николаем Косовым в США, а язык остался при ней. Не исчез со временем, не забылся, как это иногда бывает.
Впоследствии муж ее, тоже из жизни ушедший, стал генералом. Она, прослужив семь лет в стране Главного противника, так тогда называли Соединенные Штаты, родила сына и покинула службу.
