Легендарные разведчики-3 полностью

А предыстория такова. Московская студия «Лавр» снимала фильм о Герое России Алексее Михайловиче Козлове. В его интереснейшей биографии, которой вряд ли суждено быть до конца раскрытой, есть очень непростая, тяжелая глава. Арестованного в 1980-м в ЮАР советского разведчика удалось обменять в 1982 году с помощью коллег из ГДР. Наверняка Вольфу, в начале 1980-х начальнику разведки, было, что рассказать о полковнике Козлове. И я, как сценарист, подумал: кому, как не Маркусу, припомнить детали обмена.

Еще задолго до этого, встречаясь с Вольфом в Москве, понял, почему за три десятилетия гэдээровская разведка превратилась в одну из мощнейших спецслужб мира. До чего же силен и, что главное, прозорлив был ее шеф. Несколько опубликованных бесед в газете, подробный рассказ о Маркусе в изданиях с твердым переплетом, и отношения, что называется, сложились. Мы перезванивались, Вольф с совершенно разными, порой неожиданными оказиями присылал мне свои книги, получая в ответ мои. Осенью 2006 года перед съемками фильма о Козлове я через съемочную группу, отправившуюся в Берлин, передал Маркусу список вопросов, на которые он твердо пообещал ответить, «но, Николай, не выходя за рамки». И ответил — за несколько дней до своей внезапной кончины 9 ноября. Тихо умер во сне на 84-м году жизни. Так что после этого интервью других, похоже, быть не могло.

— Оглядываясь назад, вспоминая историю и зная теперь, чем она закончилась, многие высказывают сомнения: а нужна ли была вообще вся эта борьба разведок, затеянная после Второй мировой?

— Я отвечу вам так. Холодная война разворачивалась уже на очень быстрых оборотах. Позади были события в Германии и путч в Венгрии. Как тут было обойтись без разведки? В том числе и нелегальной.

— А что вообще входит в задачу разведчика, живущего в стране под чужим именем?

— Нелегал может иметь разные задания. Выделю первое: это руководить другими агентами, источниками, которые на него работают, и организовать связь с ними и Центром, что весьма важно. То есть фактически руководить так называемой нелегальной резидентурой. Возможна и другая задача: нелегал в одиночку устанавливает контакты для добычи информации.

— То есть вербует агентов?

— Ну, вербовать или не вербовать источники — уже зависит от очень конкретных условий. Как правило, это делается с санкции Центра.

Но обычно, действуя на свой страх и риск, нелегалы не всегда придерживаются такой строгой дисциплины и решают многие вопросы самостоятельно.

— А как вы оценили бы деятельность советской нелегальной разведки?

— Я вообще с гордостью смотрел на русских нелегалов. Очень трудно полностью стать, к примеру, немцем. Это касается и языка с его диалектами, и знания обычаев, нравов страны. Есть целый ряд признаков, по которым западногерманская контрразведка устанавливала чужих. И знаете, эти признаки работали. Так что я порой восхищался смелостью и русских нелегалов, и советских людей другой национальности, которые успешно выполняли эту свою работу.

— Маркус, сам Козлов рассказывал мне, что его обменяли на офицера армии ЮАР, который попал в плен в Анголе, и еще на десять западногерманских разведчиков, шпионов — называйте как угодно, — которых отдала ГДР. А тогдашний начальник Алексея Михайловича, генерал Дроздов, с улыбкой добавил, что «если бы они знали о Козлове всё, то запросили бы еще больше». Не припомните, как готовилась та операция?

— Можно по-разному отзываться о личности бывшего министра госбезопасности ГДР Эрихе Мильке, иметь о нем свое мнение. Но что касается борьбы за освобождение разведчиков, которые попали в беду, то он делал абсолютно всё. И готов был отдавать как эквивалент значительно большее количество западных агентов. Я знал через Мильке, что довольно длительное время готовился крупный и сложный обмен советского разведчика, который сидел в тюрьме Южной Африки. Да, это было темой наших разговоров.

Сначала к Козлову, уже находившемуся в ФРГ, приехал доктор Фогель. Это был известный в ГДР адвокат, он часто выполнял поручения нашей Службы. Спросил Козлова, согласен ли он перейти на территорию ГДР. И Алексей удивился вопросу, спросив: «Зачем же я вообще сюда приехал?» Фогель сразу сообщил нам о решении.