Выйдя из комнаты, Алекс двинулся по длинному коридору, пол которого был устлан тёмными деревянными досками. Они тихо поскрипывали под его ногами, словно шепча свои истории. Вдоль стен стояли предметы быта: деревянные сундуки и шкафы, на полках которых аккуратно были расставлены глиняные горшки с высушенными цветами и травами. Плетёные корзины на полу были доверху наполнены сушёными овощами и семенами, готовыми к будущим посадкам или зимним приготовлениям.
В конце коридора находилась массивная дверь из старого дуба, которая вела на улицу. Дверь была такой тяжёлой, что Алекс с трудом мог её открыть, но ему всегда нравилось ощущение прохлады и свежести, когда он отворял её и делал шаг на улицу. По правую руку от двери находился проход на кухню, откуда доносились звуки готовки и голоса родителей. На противоположной стороне коридора была ещё одна дверь, за которой находился проход в хлев и подвал.
Алексарион вышел из дома, и его тут же окутала свежесть утреннего воздуха. Он подошёл к бочке с прохладной водой, стоявшей рядом с домом, и окунул руки в её зеркальную гладь. Вода была освежающей, пробуждая его и давая заряд бодрости. Он плеснул себе на лицо несколько раз, наслаждаясь этим простым ритуалом.
Дом, в котором жила его семья, был построен из обработанных деревянных брёвен. Фасад украшали резные панели, а крыша, покрытая зелёным мхом и дикими цветами, выглядела как природное продолжение лесного покрова. Весной и летом на ней расцветали крохотные яркие цветы, привлекая пчёл и бабочек, что добавляло дому особое очарование. Большие окна позволяли солнечным лучам свободно проникать внутрь, озаряя каждый уголок и наполняя дом светом и теплом. В пристройке к дому располагался хлев с загоном, где мирно паслись несколько коз, а рядом разгуливали куры, клюя землю. Загон был огорожен деревянным забором, крепким и основательным, поверх которого вились зелёные вьюны.
Слева от дома начинался густой лес, а позади гордо возвышалась гора, с вершины которой, словно сверкающая лента, стекал водопад. Кристально чистые воды с шумом падали вниз, впадая в озеро, раскинувшееся у подножия. Звук водопада служил постоянным фоном, наполняя душу умиротворением и покоем.
Справа, у самого берега озера, находился старый деревянный мостик для рыбалки. Он был слегка скрипучим, с потемневшими от времени досками, но надёжным. Он служил не только для ловли рыбы, но и как место для размышлений. С него открывался чудесный вид на водопад, гору и лес, окутанный утренним туманом.
Перед домом, на солнечном стороне, раскинулся мамин огород. Здесь, на аккуратных грядках, росли овощи, зелень и ароматные травы. Мы с сестрой часто помогали ей, вырывая сорняки или поливая растения.
Вернувшись в дом, Алексарион направился на кухню. Здесь царила тёплая, домашняя атмосфера, наполненная уютом и вкусными ароматами. Под потолком висели связки сушёных трав, их запахи переплетались с ароматами готовящейся пищи, создавая неповторимый, насыщенный букет. Это место всегда было живым сердцем дома.
В центре кухни стоял большой деревянный стол, покрытый толстой скатертью с узорами лесных ягод и цветов. Он был достаточно массивным, чтобы вместить всех членов семьи и гостей, которые нередко заглядывали к ним в дом. Вокруг него были расставлены деревянные стулья с мягкими сиденьями, сшитыми заботливыми руками мамы.
Кухня была оснащена внушительным каменным очагом, в котором ярко пылал огонь. Над ним висел медный котёл, тихо покачиваясь на цепи и распространяя насыщенные запахи. Он был центром кулинарного волшебства, где из самых простых ингредиентов мама творила чудеса. Когда Алекс был младше, он часто сидел на кухне и наблюдал, как она ловко добавляет щепотку того или иного ингредиента, превращая обычный бульон в нечто невероятно вкусное.
У очага стояла мама, вся в заботах и хлопотах. Её длинные, гладкие волосы золотистого цвета были заплетены в аккуратную косу, которая спадала на спину. Глаза были голубыми, в них светилась доброта и мудрость, и они всегда искрились теплом, особенно когда она смотрела на своих детей. Элира была одета в простое платье из ткани сиреневого цвета, элегантно облегающее её фигуру. Ткань слегка колыхалась при её движениях, создавая ощущение лёгкости и свободы. На ногах у неё были простые, удобные туфли.
Окна выходили прямо на огород. Иногда Алексарион замечал, как мама, бросив взгляд в окно, с удовольствием отмечала, как растут её любимые растения. В углу комнаты стоял старинный шкаф для посуды, а на одной из стен висели часы, искусно украшенные резьбой. Они отсчитывали не только время, но и показывали лунные фазы.
— Алекс, — сказал отец, — ты не проверишь свою сестру? Она ушла за яблоками, но её всё нет.
— Хорошо, — ответил Алексарион.
