Легенды Этшара [7 книг] полностью

Ночью они встали в устье какого-то непроходимого притока, а на следующее утро вползли в озеро Экероа. Солнце чуть перевалило за полдень, когда их судно вошло в доки возле замка Экероа.

Когда все сошли на берег, Тобас внимательно огляделся. Мрачный, зловещий замок возвышался над озером. Город жался к его стенам. Высокие узкие дома, окруженные высокими деревьями. Люди в основном низкорослые и бледные, в одеждах необычного покроя. Говорили они на странном тягучем языке. Сзади простиралась темно-зеленая гладь озера Экероа, по которому шныряли чудные тупоносые лодки местных жителей. С другой стороны город окружал лес, состоящий главным образом из прямых высоких деревьев со странными игольчатыми листьями. "Смотрите-ка, парень сосен не видал". — усмехнулся кто-то, хлопнув юношу по плечу. На дальней стороне озера Тобас разглядел неясные очертания серых пиков, торчащих из земли. Горы! Первые увиденные им в жизни горы.

Легкий ветерок донес до него незнакомый аромат соснового бора.

Только сейчас Тобас понял, как далеко от дома он забрался.

— Ну, герои, стройся — и в фургоны! Не отставать! — проорал вербовщик.

Тобас нехотя поплелся за остальными. Фургоны выглядели малопривлекательно — обыкновенные деревянные ящики, крытые брезентом и водруженные на грязные кривые колеса. Вместо привычных лошадей или волов в фургоны были запряжены мулы. Тобас насчитал пять фургонов. Явно больше чем нужно.

Судя по всему, старший каравана придерживался того же мнения.

— И это все? — театрально округлив глаза, поинтересовался он.

Вербовщик резко вскинул подбородок:

— Сам попробуй навербовать этшарцев! Не больно-то они охочи до приключений!

— Ладно, грузи их, и поедем.

Вербовщик приступил к делу, разбив всю команду по парам. Соседом Тобаса опять оказался Тиллис. Прежде чем юноша успел сообразить, хорошо это или плохо, караван двинулся в путь.

Они ехали уже минут двадцать, когда Тобас сообразил, что не успел толком рассмотреть Экероа, показавшийся ему интересным, хоть и странноватым местом. Он высунулся из повозки, но было уже поздно.

В течение следующих трех дней караван медленно поднимался в горы, держа направление строго на восток. Правда, вечером второго дня дорога стала такой отвратной и фургон так болтало, что Тобас практически потерял всякую ориентацию.

Проведя три дня наедине с Тиллисом, Тобас впал в глубокую депрессию. Злосчастье преследовало его по пятам. Зачем он украл ту дурацкую лодку? Неправедный поступок, по-видимому, навлек на него гнев богов. Лучше бы он остался в Свободных Землях и честно дождался корабля. Или даже пошел в Этшар пешком.

А в Этшаре… Зачем он заснул на улице Гавани? Большей глупости и придумать нельзя. Если бы не это, разве трясся он сейчас в грязной повозке, направляясь в какой-то неизвестный Двомор? Что ж, перед смертью он пожелает дракону-людоеду приятного аппетита — дураки должны получать по заслугам.

В редкие минуты просветления Тобас наблюдал за дорогой. Как люди могут жить на этих каменных кручах? Правда, через некоторое время выяснилось, что здесь почти никто и не живет. Караван не проехал еще ни одной деревни. Должно быть, Двомор — если, конечно, эта дорога вела в Двомор — весьма обособленное место.

Дорожная тряска и общество Тиллиса медленно делали свое дело. Тобас начал терять связь с реальностью. А существует ли вообще этот самый дракон, пугал себя юноша, тупо уставясь в угол фургона. Может быть, их везут, чтобы продать в рабство, а история с драконом — прикрытие, позволяющее объяснить их исчезновение? А может, их собираются принести в жертву демонам? Или, может быть, Двомор — королевство людоедов и их сварят живьем?

Тиллис как одержимый непрерывно бормотал о том, какая же это красивая и необычная страна. Тобас старался не слушать.

Первую ночь они провели на постоялом дворе, расположенном на холме посреди леса. Караван дополз туда на закате, и здесь Тобас впервые после смерти Роггита получил горячий вкусный ужин. Быстро заглотив все, что ему дали, юноша свернулся клубочком и уснул в уголке задолго до наступления ночи.

Утром он проснулся в исключительно дурном настроении: за завтраком не произнес ни слова, а на предложение помочь с приготовлениями к отъезду только отрицательно помотал головой.

Однако забравшись, как было сказано, во второй по счету фургон, Тобас сообразил, что опять оказался в паре с Тиллисом. Он запротестовал, но поздно. Старший подал сигнал, и караван тронулся в путь.

К вечеру они выехали из густой части леса. Постоялый двор, расположенный у подножия холма, поросшего редкими чахлыми деревцами, оказался намного беднее предыдущего. И кормили здесь гораздо хуже. На этот раз Тобас не заснул, но промолчал весь вечер, слушая, как его товарищи хвастались своими предыдущими подвигами.

Тобасу рассказывать было не о чем. Даже вспомнить что-нибудь интересное о своих предках, как Тиллис, — все они, за исключением отца, были фермерами. А упоминать о пиратском капитане в беседе с этшарцами — не самый хороший выход.