Легенды Этшара [7 книг] полностью

Девушка с сомнением оглядела его с головы до ног — к такой реакции Келдер уже привык, — потом решила, что он не врет. С другой стороны, не имело ни малейшего значения, врал он или нет.

— Келдер. — Она пристально разглядывала голубя. — Понятно.

— Ты идешь на восток по Великому Тракту? — полюбопытствовал юноша.

— Нет.

— Тогда на запад? В Этшар?

— Возможно. А куда идешь ты? Обратно в Шулару?

— Нет, в Этшар.

Она кивнула.

— И здесь ты вышел на Великий Тракт?

— Нет. На большак я первый раз вышел у Глиморы и направился на восток, к Шану-в-Пустыне. Теперь иду на запад.

Она заинтересовалась:

— Ты побывал в Шане?

Келдер кивнул.

— И как там?

Юноша пожал плечами.

— Мы там пробыли совсем ничего. Думаю, город знавал лучшие дни. — По-этшарски он говорил все свободнее: сказывалась практика.

— Понятно. — В голосе Азраи слышалось разочарование. — А как остальные города?

— Из тех, что я видел, Критим — самый лучший.

— Ясно. — Азрая бросила в голубя еще один камешек. Птица недовольно захлопала крыльями, поднялась в воздух и улетела. — Тогда я точно возвращаюсь в Этшар.

— А как ты вообще попала сюда?

— Не твое… а, черт, не важно как. — Она наклонилась вперед, оперлась локтями в колени и положила подбородок на сложенные ладони.

— Может, и не важно, но мне любопытно.

Она ответила коротким взглядом.

— Почему?

— Просто нравится узнавать новое.

Азрая уставилась в камешки на дорожке.

— Мои родители умерли от лихорадки, когда мне было лет восемь.

Келдер понял, что ему предстоит выслушать длинную историю, а потому поощряюще кивнул.

— Мы не могли заплатить теургу, чтобы он помолился за них, или ведьме, чтобы она сварила лекарственный отвар. Не могли нанять чародея, чтобы он сотворил заклинание выздоровления, и они умерли. Умерли два моих брата и старшая сестра. Соседи испугались, как бы болезнь не перекинулась на их семьи, поэтому не подпускали нас к себе и заколотили дверь нашего дома. В живых остались я, моя сестра Амари и только что родившийся Регран. Я была самой старшей, так что взяла на себя заботу о них. По ночам выскальзывала из дома, крала еду. Когда болезнь прошла, я сняла доски с двери, и тут же появились сборщики налогов. Они забрали дом, потому что заплатить мы не могли. Мы не знали, где наши родители прятали деньги, даже если они у них и были.

Келдер сочувственно покивал.

— Поэтому мы пошли на Площадь Ста Футов и жили там среди нищих и воров, — продолжила Азрая. — В квартале между Улицами Сводников и Суеверий, в Полевом районе. Наш-то дом находился в Восточном районе, но соседи… Короче, мы подумали, что в Полевом районе нам будет лучше, а Площадь Ста Футов огибает весь город.

Келдер понятия не имел, что такое Площадь Ста Футов, не слышал ни о каких районах и Улицах Этшаpa. Конечно, ему хотелось задать уточняющие вопросы, но он решил, что невежливо прерывать Азраю.

— После того как нас выгнали из дома, я не воровала. Амари, думаю, воровала, а я — нет. Я просила милостыню и выполняла поручения. В Полевом районе с этим просто. Там казармы, а солдатам вечно что-то надо. То передать записку женщине, то что-то прикупить в квартале Чародеев, а иногда просто оставить кого-нибудь на вахте, если им вдруг захотелось вздремнуть, трахнуться, поиграть в карты, побросать кости. — Она глубоко вдохнула. — Регран умер в два годика, аккурат перед тем, как мне исполнилось десять. От чего — не знаю, поболел и умер. Кто-то его ударил, может, от этого. Мы делали все, что могли, даже наняли сиделку, которой заплатили половину того, что заработали за несколько месяцев, но дети иногда умирают. Потом мы с Амари разбежались и с тех пор виделись все реже. Последние два года я ее вообще не видела. Может, она тоже умерла. — Азрая помолчала, собираясь с мыслями.

Келдер хотел сказать что-то утешительное, но, пока подбирал нужные этшарские слова, девушка заговорила вновь:

— Я уже сказала, что мы жили около Улицы Сводников. Так вот, через некоторое время сводники обратили на меня внимание, и я стала их избегать. Мне уже исполнилось тринадцать, и я не бегала с поручениями на Улицы Сутенеров и Шлюх.

Слова "сводник", "сутенер", "шлюха" на этшарском Келдер слышал впервые, но догадался, о чем говорит Азрая.

— А потом я решила, что мне все это надоело. Надоела Площадь Ста Футов, надоели грязь и мухи, лунатики, разговаривающие сами с собой, воры, перерывающие твои вещи, стоит хоть ненадолго отлучиться, сутенеры, лапающие все, что движется, солдаты. Поэтому в поисках работы я отправилась на рыночные площади. Сначала не нашла там никого, кроме тех же сутенеров и фермеров, которые отказывались дать мне работу, полагая, что я слишком мала. А вот в ученицы меня уже никто не брал. В двенадцать лет я об обучении не задумывалась, а теперь опоздала.

Келдер очень хорошо ее понимал. Может, и ему следовало податься к кому-нибудь в ученики, не принимая во внимание волю родителей.