— Но, что им нужно! Чего они добиваются?
— Это элементы нашей войны с ними. Нападать на воплощённых, хоны не могут — это нарушение договорённостей. Поэтому они нападают на ваших близких, а вам устраивают психологический террор — это тоже запрещено, но ликвидация за это не предусмотрена.
— Но это же ваша война! Мы-то тут причём?
— При том, что воплощённые — это такие же эверяне, как и мы. И хоны, разумеется, прекрасно это знают.
— Но ты же сам говорил, что хоны могут похитить меня. И если не вернусь, то попаду к ним в плен. Разве это не нападение?
— Взять в плен эверянина для хонов не считается нападением — для них это работа, способ заработка и давняя традиция. Поэтому любые договорённости по поводу плена, они упорно игнорируют и нарушают.
— А что им раньше мешало похитить меня?
— Раньше у них не было твоих координат и координат других воплощённых. Но пару месяцев назад, им кто-то слил ваши данные. Вы все теперь в большой опасности. Решение об экстренной эвакуации уже почти принято.
— Понятно, — пробурчала Вика, она чувствовала себя загнанной в угол.
— В общем, выход у тебя только один — возвращаться. Причём сегодня же, — категорично заявил Рей.
— Но я не могу, — прошептала Вика, давясь слезами. — Я не могу бросить их, особенно сейчас.
— Маша жива, — продолжал уговаривать Рей. — Она вылечится и у твоих родителей не будет только тебя.
Вика замотала головой.
— Маша умрёт. Я это чувствую. Ей всё хуже и хуже с каждой минутой, — обреченно сказала Вика.
Рей провёл рукой по браслету, и что-то сказал на неизвестном языке. Ему наверно кто-то отвечал, потому что Рей то кивал, то ещё что-то говорил. Вика не понимала, как эти гаджеты работают. Может у него гарнитура в ухе? С кем он разговаривает? Снова проведя рукой по браслету, Рей тяжело вздохнул.
— Руководство и сотрудники штаба слушали наш разговор. Сейчас у них идёт жёсткая дискуссия о том, как решить эту проблему, и они вызывают меня на переговоры. От их решения будет зависеть твоя дальнейшая судьба и судьба твоей семьи. Они выяснили что, Маша действительно в очень тяжёлом состоянии, но у нас есть возможность помочь ей.
В общем, ситуация сложная, поэтому обнадёживать не буду. Жрецы могут приказать руководству, эвакуировать тебя даже против твоей воли. И мы обязаны будем выполнить этот приказ. Так что пока меня не будет, готовься к возвращению, — сказал Рей и исчез.
Пару минут Вика, вцепившись в оберег, смотрела на кресло, где только что сидел Рей, и не могла сообразить, что ей делать. Как готовиться? Собирать вещи или неистово молиться?
Рей сказал, что у них есть возможность помочь Маше. Какое-то чудо-средство? Невероятно эффективные таблетки, уколы или что-то в этом роде? А Вика увидит результат этого лечения? Или ей будут рассказывать о состоянии Маши, когда она будет в Эвере?
От мысли о параллельном мире у Вики замирало сердце, и даже начиналась клаустрофобия, которой раньше никогда не было. Ей вдруг начинало казаться, что она будет там взаперти и у неё не будет возможности вернуться сюда. И люди, какие они там? Может они все сумасшедшие или маньяки, как тот хон, который монстром прикидывался.
Вика судорожно вздохнула, неужели уже сегодня она окажется там? Похоже, что да. И как бы страшно ей не было, ради безопасности близких, она готова уйти из их жизни.
Размышляя о своей незавидной участи, Вика привела себя в порядок — умылась и причесалась. Надела свой любимый спортивный костюм, собрала необходимые вещи и тёплые положила на всякий случай. Какой там климат-то, в этом Эвере? Поди, как на севере.
Затем достала паспорт и загранпаспорт. Нужны они там или нет? Вдруг нужны. Положив документы в боковой карман сумки, Вика застегнула её, тяжело вздохнула и подошла к зеркалу, надеясь в очередной раз увидеть там сгорбленную тень.
Но именно сегодня её там не было. Поэтому Вика решилась-таки сделать то, что давно собиралась, но не осмеливалась. Из косметички она взяла красную помаду, и справа налево зеркальными буквами написала:
Подпись:
Затем она проверила телефон. Сообщение о Маше, Макс всё ещё не прочитал — занят наверно. Тогда Вика решила не звонить, а написать ещё одно.
