Подойдя к зеркалу, Вика встала, как вкопанная. Глядя на своё отражение, она не могла понять, что видит. А потом её затошнило, пол качнулся и Вика, опираясь на стену, сползла на пол.
— Виктория, с вами всё в порядке? — на экране тут же появилось лицо медсестры.
— Всё хорошо, — отмахнулась Вика. — Голова немного закружилась, сейчас пройдёт.
— Если, что обращайтесь. Я всегда на связи, — напомнила медсестра и исчезла с экрана.
Вика поднялась и снова подошла к зеркалу. Да, она была бритой, с длинным шрамом над левым ухом, с опухшим лицом и синяками под глазами, но напугало её не это. Она почему-то снова стала прежней Викой, той которой она была два года назад, когда они были похожи с Машей.
«Когда я успела измениться? Как это произошло, спонтанно или осознанно? Почему я не помню, как изменилась? И что мне теперь делать? Если я не верну свой прежний облик, как я вернусь домой? Ведь в документах у меня фото с совершенно другим лицом.
Если мне сейчас начать перевоплощаться, то меня выгонят отсюда, а если не перевоплощаться, то меня на паспортном контроле не пропустят. Да, как вообще это произошло?
Вика вглядывалась в своё отражение, пытаясь вспомнить, когда она приняла прежний облик и зачем. — «Может Маша, опять капризничала, и я поддалась на её провокации? Маловероятно, но кто его знает…»
Ещё она была непривычно худая для этого образа. Ведь раньше, когда они были похожи с Машей, Вика всегда была пухленькой, а за эти несколько дней в клинике она очень похудела.
«Интересно, меня кормили хоть раз за это время? Поди через зонд, какой-нибудь», — Вика невольно поморщилась, представив эту неприятную процедуру и снова отметила про себя, что есть совершенно не хочется. Вот вообще ни капельки.
«Нет, надо что-то с этим делать, — Вика провела рукой по опухшей щеке, расплывшемуся носу. — Совсем другая. До неузнаваемости. Если я останусь с этим лицом, меня не пустят в самолёт.
Но если я сейчас начну меняться, то меня выгонят из клиники или сдадут на опыты. Хотя наверняка они и так уже заподозрили что-то неладное. Обычно люди после тяжёлых операций и комы еле передвигаются, а у меня индекс здоровья пятьдесят три балла. Кстати, как они его измеряют? Да… странно это всё.
И клиника очень странная, даже подозрительная, — о таких технологиях, какие здесь на каждом шагу, Вика и в помине не слыхала. — А может, я и так уже на опытах? Может это вовсе не клиника, а лаборатория? Ой, всё… сейчас начну выдумывать», — остудила Вика своё разыгравшееся воображение.
Кинаки резвилась и кувыркалась, не обращая внимания на застывшую перед зеркалом Викторию. Но Вика уже не разглядывала себя, она смотрела в одну точку и лихорадочно соображала, как ей поступить, чтобы не создать себе и своей семье серьёзных проблем.
«Причём решать, что делать надо уже прямо сейчас, ведь скоро этот агент из посольства припрётся. Увидит, что я не я. Скажет, что самозванка, выдаю себя за другую личность. Чёрт…
Ладно, надо немного подкорректировать черты лица, а синяки и отёчность оставить. Если агент что-то заподозрит — скажу, что не отошла ещё от операции».
Вика закрыла глаза, представляя, как меняются её черты лица. Пару минут, она стояла перед зеркалом, как истукан. Открыв глаза, Вика пристально вгляделась в своё отражение. — «О, нет! Ничего не получилось. Вообще ничего!»
Глава 19
Сердце Вики гулко стучало. Может, её способность ослабела после аварии и операции? Раньше, когда она меняла свой облик, то внутри из солнечного сплетения поднималась мощная, кипучая волна, которая плавила её тело, как пластилин. Вика мысленно задавала нужную форму и кипящая энергия, послушно её лепила. Затем тело остывало, и форма уже не менялась. Но сейчас всё было по-другому. Вика не чувствовала эту энергию. Да и тело было словно чужое, какое-то непластичное, нечувствительное.
Неужели она утратила свой уникальный дар? Нет, разозлилась на себя Вика. Надо просто хорошенько настроиться, сосредоточиться и всё получится.
Вика снова закрыла глаза, сконцентрировалась на солнечном сплетении, пытаясь разбудить таинственную силу. Минуты три ничего не происходило, но постепенно Вика начала ощущать, как разгорается знакомый жар в животе и груди, а тело становится мягким и пластичным. Остальное было лишь делом техники.
— Виктория! У вас всё в порядке? — послышался голос медсестры.
— Да-да, всё хорошо. Просто немного непривычно видеть себя такой, — кивнула Вика в сторону зеркала, бросив заодно на себя беглый взгляд — изменилась, но очень незначительно. Раньше за это время, она бы уже в муху превратилась и улетела бы отсюда, а сейчас получилась лишь небольшая коррекция.
— Виктория, вам пора на обед, а потом вас навестит лечащий врач
Кинаки, покатилась к выходу, приглашая Вику следовать за ней. Про агента медсестра ничего не сказала, заметила Вика. Надеюсь, у него поменялись планы, и он не припрётся.
Обеденная зона, находившаяся возле окна, выглядела очень мило — круглый, жёлто-оранжевый стол, тёмно-зелёные невысокие кресла. В центре уже накрытого стола, стояла вазочка с розовыми и белыми цветами.
