Дикие ветры швыряли другие лодки, как игрушки, на мощные волны, которые грозили затопить или опрокинуть их. Они безнадежно падали. Все, что могли делать рулевые, это предотвратить столкновение лодок друг с другом. Их фонари ярко горели под проливным дождем, так что каждый мог видеть других и попытаться изменить курс, прежде чем они окажутся слишком близко.
Мачта одного из кораблей рухнула на палубу, начисто сорванная силой ветра. Фонари разбились, разбрызгивая масло по палубе, где полыхал огонь и ревел в такелаже, прежде чем волна погасила пламя. Хлопающие паруса и канаты были смыты за борт отступающей водой. Матросы кричали, когда клубок обернулся вокруг них, и их потащило в море, будто сам океан забросил на них сеть.
Капитан «Ворона» с мрачным лицом вцепился в штурвал. Он знал, что они сбились с курса и исчезли из поля зрения французского побережья, но ему и его соотечественникам ничего не оставалось делать, кроме как надеяться переждать шторм. Если здесь и можно было найти безопасную гавань, то она была скрыта безлунной ночью.
Когда он увидел вдали огни и факелы, то чуть не зарыдал от радости, увидев, как они начинают освещать линию берега, о существовании которого он даже не подозревал. Может быть, в конце концов, они найдут порт в этом шторме.
К пляшущим факелам присоединилось большое пламя костра на берегу. Перед его мерцающим пламенем он мог только различить фигуры людей, которые, казалось, странно танцевали в движущемся свете, когда манили к себе корабли. Их слова терялись на ветру и заглушались грохотом волн, но смысл был ясен: матросы должны вести корабли прямо к ним, чтобы найти спасение от шторма.
— Где мы? Что это за место? — закричал первый помощник, покачиваясь на вздымающейся палубе и цепляясь за штурвал рядом с капитаном.
— Ведь это не может быть Англия?
— Нет, — покачал головой капитан, — мы все еще слишком далеко на юге. На карте были изображены острова. Может быть, это один из них? Джерси был самым южным и самым крупным из них.
— Значит, мы спасены? Неужели они приведут нас к берегу?
— Мы спасены, Альваро. Видишь там, где огни колышутся высоко, над береговой линией? Должно быть, они зажгли фонари на других кораблях в гавани, чтобы показать нам дорогу!
Когда он отвернулся от штурвала, то увидел, что остальные пять кораблей из их флотилии тоже заметили огни и были заняты поднятием парусов. Даже барахтающийся барк, потерявший мачту, пытался выправиться.
— Как поживают наши пассажиры?
— Маленькая девочка боится, но отец успокаивает ее. Он сказал ей, что земля совсем рядом.
— Как он узнал?
Первый помощник встретил удивленный взгляд капитана и вздрогнул.
— Да кто ж его знает?
Тот улыбнулся:
— Ты ведь боишься его, Альваро?
Альваро неуверенно рассмеялся:
— А вы?
— Уже нет, — твердо сказал капитан.
Он совершенно отчетливо помнил, как поначалу разделял трепет своего первого помощника по отношению к их пассажиру, сеньору Пьетре, этот человек производил внушительное впечатление: на голову выше остальных, с богатой темной кожей и тонкими костями египтянина. Черные глаза купца, казалось, смотрели сквозь капитана при их первой встрече, и старый моряк обнаружил, что предлагает гораздо более щедрую цену за проезд на север, чем когда-либо намеревался. В Пьетре была какая-то сила, несмотря на его вежливые манеры и элегантную осанку, нечто такое, с чем капитан никогда раньше не сталкивался. Поначалу все это казалось почти зловещим.
Впрочем, дочь сеньора Пьетры — совсем другое дело. Девочке шел тринадцатый год, она была поразительно красива, с длинными локонами цвета черного дерева и широкой улыбкой, которая редко сходила с ее лица. В первый же день, когда они отплыли от берега, девочка появилась у локтя капитана и осторожно положила палец на штурвал.
— Здравствуйте, сеньор Капитан. Пожалуйста, научи меня управлять кораблем, — попросила она без тени смущения.
— А зачем тебе знать, как управлять кораблем, юная Нероли? — капитан рассмеялся, взъерошив ее темные кудри.
— Мой отец говорит, что все знания имеют ценность, — быстро ответила Нероли. — Кроме того, я и сама когда-нибудь хотела бы стать моряком.
Капитан уже собирался объяснить девушке, насколько это маловероятно, но вместо этого он решил отойти в сторону и показать девочке, куда положить руки на штурвал.
— Вы совершенно правы, юная Мисс, — сказал он с легким поклоном. — Уверен, что из вас получится прекрасный моряк. Думаю, вы станете капитаном еще до того, как вам исполнится двадцать лет.
Тогда он случайно поймал взгляд сеньора Пьетры, и его внушительный пассажир улыбнулся и кивнул в знак благодарности.
— Однако моя собственная дочь никогда не должна узнать об этом, — добавил капитан.
Пьетра рассмеялся, и в этот момент они стали друзьями. Пошатываясь от сильного ветра, первый помощник отошел от капитана, чтобы рявкнуть матросам приказы. Завывание шторма лишило его дара речи, но матросы хорошо знали свой корабль и почти инстинктивно подняли паруса.
