— Чего я не знаю? — Том вздохнул, чувствуя, что его терпение начинает истощаться.
— Возможно, вам следует одеться, мистер Гронден, — спокойно сказал Клемент. — Вам нужно кое-что увидеть.
Том Грондин, тяжело вздыхая, вернулся в дом. Он плеснул себе в лицо водой, посмотрел в отражение своих налитых кровью голубых глаз, затем натянул вчерашнюю одежду и ботинки. Вскоре он присоединился к мужчинам в повозке, но ни Клемент, ни Джеймс не дали ему никакой информации о том, почему они считают, что его нужно отвезти обратно на стройку.
— Странно, босс, — сказал Джеймс, и взгляд его карих глаз стал серьезным. — Вы должны сами все увидеть.
Клемент Ле Век не сводил глаз с лошади, пока ехал.
Том сидел в кипящем раздражении, пока повозка подпрыгивала и грохотала по дороге. Он попытался представить себе, какой идиотизм могли придумать его работники за те несколько часов, что прошли от рассвета, и что могло потребовать присутствия надсмотрщика. Солнце светило так ярко, что он счел это короткое путешествие вполне сносным, только склонив голову и положив лицо на ладони. Чувство тошноты начало нарастать.
— Мы приехали, — сказал Джеймс, когда повозка с грохотом остановилась.
— И куда? — Том зевнул и оглядел своих двадцать человек, которые стояли или сидели тихо, выжидающе глядя на него.
— И где же этот участок? — потребовал он ответа.
Клемент уставился на него, а Джеймс пожал плечами и сказал:
— В том-то и дело, босс, что мы не знаем.
Том медленно вышел из повозки и направился к центру поросшей травой поляны. Здесь они еще накануне мерили шагами. Они ободрали дерн, вырыли траншеи и начали копать землю, закладывать камни фундамента. Вчера здесь стояло здание с грудами камней, готовое к строительству прекрасной новой церкви, которую спроектировал Климент Ле Век. Теперь здесь была только тихая поляна, точно такая же, как и несколько месяцев назад, когда ее выбрали местом для строительства церкви.
— И где же все? — спросил он у своих людей.
Волна пожатий плечами и поднятых ладоней приветствовала его вопрос.
— Это должно быть шутка? — подозрительно спросил он. — Я не в настроении для шуток.
Он продолжал свирепо смотреть на людей, но так как ни один из них не сломался и ни в чем не признался, то больше он ничего не мог сделать. Том раздраженно вздохнул.
— Да и вообще, как можно было ночью передвинуть все эти чертовы камни и оборудование? Вы уже осмотрелись вокруг? Это не может быть далеко, должно быть…
— Ха! Я знала, — Эффи Тостевин стояла на краю поляны, скрестив руки на груди, широко улыбаясь и удовлетворенно кивая.
— Что знала? — спросил Том, раздраженный тем, что его прервали.
— Я знала, что они не позволят вам здесь строить.
Эффи продолжала глубокомысленно кивать, оглядываясь вокруг, чтобы убедиться, что все внимание сосредоточено на ней.
— Я так и знала. Я даже сказала об этом Мэри, я сказала: «Мэри, попомни мои слова, они никогда не позволят им построить ее там», и она ответила: «Ну, и почему же, Эффи?» — и я сказала: «Ну, Мэри…»
Том прервал ее криком:
— Кто не позволит нам здесь строить? Неужели это работа Ла Ферака? Клянусь, я так быстро натравлю на него констебля…
— Ну, — сказала Эффи, глядя на него с высокомерным презрением, — уверена, что не знаю, о ком ты говоришь. И я сказала Мэри: «Мэри, это священная земля фейри, прямо там, где они решили построить эту церковь, и ты попомни мои слова, эти фейри ее не дадут поставить, нет, они никогда не позволят им строить там, ты попомни мои слова», — вот что я сказала. Вы можете спросить ее саму.
Она твердо кивнула и резко вдохнула, увидев Джеймса.
— Что бы сказала твоя старая бабушка, если бы узнала, что ты так неуважительно относишься к фейри, Джеймс Филль? — потребовала она ответа. — Она перевернется в могиле!
— Она не… я никогда этого не делал, — слабо запротестовал Джеймс. — Я не… какие фейри?
Эффи все еще в смятении качала головой, когда из-за деревьев раздался крик.
— Нашел! — Джон Ле Весконт рысцой выбежал на поляну, на лбу у него блестели капельки пота. — Я нашел все у рыбацкой часовни на дальнем берегу залива.
Том недоверчиво посмотрел на него:
— Но это же почти в миле отсюда! Как, во имя всего святого, кому-то удалось переместить такое количество камней и оборудования за одну ночь?
Джон пожал плечами:
— Понятия не имею, босс, но они это сделали. И что теперь?
— Ну что ж, — Том тяжело вздохнул, — я полагаю, мы пойдем и, черт возьми, снова все это принесем, не так ли?
Мужчины заворчали и зашаркали ногами, начиная двигаться.
— Если вам нужен мой совет, — сказала Тостевин, складывая руки на груди, — оставьте все как есть. Они не позволят вам строить здесь, как я уже сказала Мэри.
Только в сумерках удалось принести на место необходимое оборудование и камни. Эффи покинула стройплощадку, громко ворча и качая головой, примерно в обеденное время, и Том еще никогда в жизни не был так рад видеть чью-то спину.
