В этом сборнике собраны разные рассказы, но все они об одном и том же — о Стиксе. В нем показаны разные стороны этого одновременно пугающего и привлекающего мира. Истории и судьбы людей, вынужденных каждый день бороться за выживание. Рейдеры и муры, килдинги и институтские, хорошие и не очень, всех их объединяет одно — жажда выжить. Кто–то только начал изучать законы Улья, а кто–то уже так глубоко проник в его тайны, что для него путь обратно в царство людей навсегда закрыт. Некоторые лишь пытаются заработать на кусок хлеба и глоток живца, другие же не успокоятся, даже если завоюют целый стаб. У всех свои аппетиты, но в итоге все они лишь еда для зараженных. Улей как бывалый картежник тасует судьбы людей. И все мы понимаем, что это страшный, полный смертельных опасностей мир, но в глубине души даже самые успешные из нас хотели бы там оказаться.
Я гнал, выжимая из авто, все что можно. Все предохранители сняты. Мотор уже давно перегрелся и дымил, но еще работал. Тут не до техники безопасности, когда есть риск хватануть дозу облучения. Блочная машинка, собранная мной лично и столько времени прослужившая верой и правдой, сейчас работает на износ, пытаясь спасти жизнь хозяина в своем последнем забеге.
А ведь все так хорошо начиналось. Полгода назад Улей улыбнулся бродяге–рейдеру по кличке Вестерн, и спустя три месяца скитаний по кластерам, я обрел нечто вроде дома на странном стабе под названием Лего. Название своё стаб взял от завода, прилетавшего с интересной реальности. Все технологии там были блочные, почти лего.
Группа мастеров догадалась клепать на их базе машины. Блоки прочные, но легкие, даже винтовочные пули вязнут. Да и крупняк не всякий возьмет. К тому же они маневренные, попасть по таким непросто.
Сначала собирали их буквально на коленке, но со временем наловчились. Технологию отработали. Клиентскую базу расширили. В общем, стаб разрастался похлеще колоний плесени в холодильниках на свежих кластерах.
Вот туда–то меня и занесло. Работенку по душе нашел. Сначала простым бойцом охраны стаба. Потом дорос до отряда специальных операций. ОСОП в лего — самое шоколадное место. Занимались мы как раз таки рейдами на этот завод. Опасно, конечно, но снабжение у нас было — закачаешься. Не каждый президентский визит в прошлой жизни планировали как наши операции.
Но, как говорится, на любого крутого парня с пушкой найдется парень с пушкой побольше. Мы сильно досаждали внешникам и конкурентам с юга. Пока мастера делали простые багги, нас не трогали, но в последнее время стаб начал создавать настоящие броневики. Продали парочку экспериментальных образцов и этим крепко наступили на мозоль всем злопыхателям.
Влезли на чужой рынок, да и еще и с лучшими образцами вооружения по приемлемой цене. Южане те еще сволочи, это всем известно. Я не мастак распутывать интриги. Насколько мне удалось понять, вышло так, что они согнали отряды наемников откуда только можно и в союзе с мурами и внешниками спланировали на нас атаку. И она удалась.
В простой схватке им бы ни за что нас было не выкурить, но внешники не обычные солдаты, а бойцы из продвинутых миров. И это был тот самый случай, когда технологическое превосходство решило на чьей чаше весов будет победа.
Выстрелили по нам чуть ли не из катапульты, но самый сок был в начинке снаряда. Она оказалась ядерной. Взрыв получился так себе, лишь пару кварталов разнесло, но все планы по обороне пошли прахом. Люди в ужасе бросали свои посты и пытались прорваться сквозь вражеские кардоны.
Со многими нашими противниками сыграли в темную и о таком повороте событий предупредили далеко не всех. Так что те из них, кто не имел средств защиты, тоже в скором времени ретировались с поля боя. Это и позволило мне вырваться из окружения.
Это и еще то, что был я не в самом стабе, а на нашей дойной коровке — заводе лего. Часть команды ОСОП готовила там парочку фугасных сюрпризов для противника.
Мутанты чуют опасность, и сейчас они все разбежались, но очень скоро хлынут обратно, как кислород в образовавшийся после взрыва вакуум. Нужно как можно быстрее найти самую далекую глухую нору и забиться в нее поглубже. Зараженные не будут тыкать в тебя дозиметром перед тем как сожрать. Так уж сложилось, что они довольно непритязательны в плане пищи.
Поэтому я гнал со всей возможной скоростью, подпрыгивая на стыках кластеров. Машинка начала терять обороты. Мотор дымил так, что с трудом удавалось разобрать дорогу. Выдохлась лошадка. Я направил ее в развалины какого–то завода. Начинало смеркаться, надо было успеть подыскать укрытие до наступления темноты.
Я выскочил из машины, забрал с пассажирского сиденья рюкзак, оружие и побежал, не оглядываясь, не прислушиваясь. Да, в Улье так нельзя, но не сегодня.
Ноги сами несли меня. Развалины завода все тянулись. Бетонная осыпавшаяся изгородь сменилась ржавой порванной сеткой рабицей. Заросшие по пояс травой цеха оставались за спиной, им на смену приходили ангары с прогнившей техникой.
Я запнулся, упал на груду битых кирпичей. Их кривые края больно впились в кожу. Повезло, что не до крови поранился. Твари этот нектар издали чуют. Все, пора остановиться. А не то буду первым иммунным умершим от разрыва сердца. Оно уже стучит так, что едва слышу собственные мысли.
Пришлось еще побродить по округе, пока не нашел возле одного из ангаров что–то вроде подземного склада. Вошел внутрь, запер за собой стальные двухстворчатые двери, просунул в петли ручек найденную здесь же железяку — так спокойней.
Подсвечивая фонарем, пошел вглубь помещения. Повсюду стеллажи с какими–то тряпками, материалами и склянками. Снял с себя всю одежду и бросил ее в дальний угол, оставил только фляжку с живцом и автомат.