– Как “так”? – спросил Гена. Лицо его пылало праведным гневом, руки мелко тряслись то ли от злобы, то ли от потрясения. – Я сказал то, что видел. Зачем мне врать? Что мне с этого?
– Я всё понимаю, всё понимаю. – Попытался успокоить парня врач. – Но зачем же сразу главврачу жаловаться?
– А кому? – удивился Гена. – Я Виталию Анатольевичу пытался рассказать о том, что в морге случилось, так он и слушать не стал. Поставил зачёт автоматом и сбагрил с глаз долой.
– Ты бы про ходячего покойника ещё милиции бы рассказал, – съехидничал Евгений Васильевич.
– Так, наверное, и поступлю, – задумчиво произнёс Гена, видимо, просчитывая в уме варианты.
Врач и студент медленно спускались пролёт за пролётом на первый этаж больницы.
– Ты это прекрати, понял?! – заявил Евгений Васильевич. – Тебе тогда точно практики не видать.
– А сейчас видать?
– Я Федю…, Фёдора Емельяновича, то бишь, урезоню, – пообещал врач. – Парень ты перспективный. Зачем тебе карьеру ломать? Ты и без нас с этим справишься. Ну, ошибся, с кем не бывает.
– А если не ошибся? – угрюмо поинтересовался студент. В голосе его читалось упрямство и намерение идти до конца, чего бы это ни стоило.
– А в этом случае, дам тебе совет. – Евгений Васильевич придержал Гену за локоть и с серьёзным видом продолжил. – Если тут замешана Ольга…. Она баба непростая. Ты уедешь, а нам здесь жить. Так что держись от греха по здорову. Понял? Есть многое на свете, друг Гораций, чего вам в университетах днём с огнём не преподавали!
Гена кивнул.
– Вот и отличненько. С главным я всё улажу, если ты обещаешь ни во что больше не ввязываться и не молоть чепухи про гуляющих покойников.
– Обещаю, твёрдо и чётко, – сказал Гена.
– Чудно. – Евгений Васильевич улыбнулся и направился обратно наверх.
“Не лень же было ему в его возрасте туда-сюда по лестницам бегать” – подумал Гена. – “Ольга, говоришь, баба непростая. А какая? Золотая что ли? Надо у Светки спросить”.
С этими мыслями парень прошёл ещё половину лестничного пролёта и вышел в вестибюль больницы. Улыбчивая вахтёрша была на месте.
– Привет, – поздоровался Гена.
– Ой, привет, – ответила Светлана, довольная, словно кошка, наевшаяся сметаны.
– Как дела? – спросил парень, не зная с чего начать разговор.
– Да, так…. Не очень. – Светлана пожала плечами, изображая смущение, а потом затараторила без умолку. – Баба Аня умерла. Слышал? А мне теперь сменщицу другую поставили. А она злющая, стерва. Смену не принимает, пока всё не отдраю. Я из-за неё вчера на час позже домой ушла. А сама не моет, говорит, что пациенты успели наследить. Прикинь!
Гена завис в недоумении.
– Постой, постой, – удержал он поток информации, лившийся из Светланы непрерывно. – Как это баба Аня умерла? Я же с ней недавно разговаривал.
– Так, намедни и померла, – ответила Светлана. – В аккурат в тот день, когда вы с ней и разговаривали.
– А ты откуда знаешь, когда я с ней разговаривал?
– Ой, да это потому, что ко мне тогда Ольга Николаевна подошла. Злющая такая, блин. Наорала ни за что. Про тебя, кстати, спрашивала.
– Про меня? И ты мне ничего об этом не сказала?
– А я вам чё, передатчик что ли?! Видимо, какие-то дела у неё к тебе были.
– Да какие дела? Вот, блин! – Гена нахмурился. Ему очень не понравилось, что врач, которого он подозревает в порче донорской крови, начала наводить о нём справки.
– Она когда за тобой вышла, – продолжила Светлана, – тебя уже и след поостыл. Она с бабой Аней о чём-то переговорила и ушла.
– С какой стати вдруг врачиха, у которой я не прохожу практику и с которой даже не знаком, начинает обо мне спрашивать. А потом люди пропадают. – Гена не заметил, что сказал это вслух.
– Не знаю, что вы там с Ольгой Николаевной не поделили, – настороженно произнесла Светлана, – но лучше бы ты с ней не ссорился.
– Что? – переспросил Гена. – Думаешь это она её? Ну, бабу Аню.
– Я…. Нет…. Я такого н-не говорила, – начала заикаться Светлана. – Я вообще про Ольгу Николаевну ничего плохого н-не говорила, – сказала она несколько громче, чем это было необходимо. Голос женщины дрожал.
– Ты что, боишься её? – сделал предположение Гена. Он впился взглядом в глаза Светланы, не желая упустить ни малейшего изменения в её мимики и реакциях.
Светлана сначала отнекивалась, ища причины уйти от неприятного разговора, но Гена всё время возвращал её на интересующую его тему. Просто чтобы отвязаться от парня, женщина выпалила:
– Её ведьмой считают!
– Да ладно! – ошарашенный Гена уставился в пустоту.
Пазлы головоломки сошлись. И ходячий труп, и шепоток Ольги в банке крови, и странное высказывание Евгения Васильевича. Да и баба Аня на что-то подобное намекала. Сошлись пазлы, да вот как-то криво. Чтобы понять всю картинку пришлось бы допустить, что всё это правда. Магия, ведьмы и всё такое. Пока Гена соображал, Света грубо ответила:
– В трусах прохладно! Вали давай, мне работать надо.
Видимо парень тронул запретную тему, вот она и разозлилась. Гена мельком глянул на взволнованную женщину и вышел из больницы.
***
