приблизительные характеристики немецких ПТ-САУ на базе серии;, выпуск которых
откладывался уже который месяц.
По обсуждению проблемы с герром Фюрстом и остальными членами экипажа пришли к
выводу, что готовится некий необычный и уж точно небанальный инвент, похлеще
недавней шуточки с драконами на авиабазе. В конце концов, откуда вдруг в каталоге
наград появилась невиданная раньше уникальная медалька с изображением трех
золотистых Т-34-85 и «Tiger» в зимнем камуфляже?..
— Не будем ломать голову, — лейтенант подтолкнул Ганса Шмульке локтем. — Если
господин Storm действительно задумал некую глобальную пакость, нас она касаться не
будет: праздники-то у русских, значит все сюрпризы касаются только советских
экипажей. Надеюсь, если они и впрямь попадут в необычную ситуацию, хоть кто-нибудь
догадается включить видеозапись боя и затем продемонстрировать всем
заинтересованным.
— Согласен, — кивнул Шмульке. — Нам остается только ждать грядущего патча и
новостей из русской казармы. Кстати. Если сегодня День Труда, то почему бы не засучить
рукава и не отметить праздник победоносным заездом на нашем «Тапке»? Улучшить
статистику? А то иваны с КВ-220 совсем зазнались!
62. Он где-то рядом...
— Кажется, теперь понятно, что конкретно у нас происходит, — задумчиво протянул Ганс
Шмульке. — Ничего себе сюрпризы у господ разработчиков!..
В столовой, как казалось, собрался весь персонал базы. Ремонтные боты скромно
переминались с ноги на ногу у входа, пришли американские самоходчики и французы с
AMX 50 120, китайцы засели в дальнем уголке, мрачная как туча мадам Ротвейлер
приволокла папку с отчетами и ведомостями. Неслыханные новости затмили даже
всеобщее обсуждение недавнего патча и заметно снизили интерес к новым советским
машинам.
Захар Бодров, командир Т-34-85, выглядел грустно, если не сказать подавленно. По
возвращению из последнего заезда, когда его экипажу пришлось столкнуться с
неизвестной напастью, сострадательные ребята с КВ-220 немедля налили Захару стакан
ядреной «Переваловки», который тот выпил словно воду. Лейтенант отчасти пришел в
себя, обрел дар речи, а дальше...
Дальше, как однажды выразился великий писатель Михаил Булгаков, «грозные матерные
слова запрыгали по комнате, как град по подоконнику». Захар не стесняясь в выражениях
и не стыдясь эмоций в ярких и доходчивых фразах обрисовал свое отношение к событиям
на Малиновке, когда команда из пятнадцати «восемьдесятпяток» была разнесена
вдребезги и пополам одним-единственным танком обозначавшимся в списке как «Der
Weisse Tiger».
— Он появляется редко и только на одном-единственном полигоне, Малиновка, —
объяснял Захар, одновременно потребовав следующую дозу самогона. Командир КВ-220
молча налил. — Но, скажу я вам, это нечто неслыханное...
— Хотя бы приблизительные технические характеристики известны? — подался вперед
комиссар Котятко. — Я вот о чем думаю: не тот ли это абсолютно засекреченный образец,
что привезли на неделе в шестой ангар для тестовой техники?..
— Характеристики... — скривился лейтенант. — Очень хорошие у него характеристики!
Замечательные! Сказочные! Обычный «Тигр» какого уровня, никто не напомнит?
— Седьмого, — моментально подсказал Шмульке. — Его ближайший родственник от
доктора Фердинанда Порше тоже. Прочность первого тысяча четыреста пятьдесят,
второго на сотню меньше...
— Вооо! — слегка охмелевший Захар поднял палец к потолку. — А у этой самоходной
гнусности — пятнадцать тысяч! Десятый уровень!
— Пятнадцать? — поперхнулся Парамон Нилыч. — Сколько?.. Это что, личинка «Ратте»?
— По моим наблюдениям, — продолжил Захар, — у «Der Weisse Tiger» нет внутренних
модулей. Совсем! Значит бить по баку и боекомплекту бесполезно. Гусеницы не
сбиваются. В наличии бортовые противокумулятивные экраны. Понимаете, с чем мы
столкнулись?
— Добавлю, — своевременно вмешался наводчик с Т-34-85, — пуляет он
стапятидесятимиллиметровыми снарядами от Е-100, тогда как пушка по облику —
обычная «ахт-ахт». Как это понимать?..
— Я бы подала на них в арбитраж, вот как это понимать, — проворчала мадам Ротвейлер,
выкладывая на стол распечатку со статистикой. — И непременно стрясла бы десяток
миллионов за моральный ущерб. Пришлось ознакомиться с доступными сведениями по
объекту: к настоящему моменту «Der Weisse Tiger» провел восемьдесят пять боев, из них
только девять поражений. Как это отражается на финансовых поступлениях и общей
доходности не мне вам рассказывать!
— Да погодите вы! — отмахнулся товарищ Котятко. — Что за мелкобуржуазные замашки,
все сущее мерить на деньги? А как же чувство гордости? Как минимум? Захар, вы ведь
академиев не заканчивали? Экипаж далеко не самый опытный?
— Есть такое, — вздохнул лейтенант. — А толку-то? От болванки Е-100 и десять
академий не спасут.
— Не скажите, — покачал головой Парамон Нилыч. — Решено. Я со своими парнями с
«Черчилля» пересаживаюсь на «восемьдесятпятку». У нас четыре полных перка, пятый в
прокачке, уже что-то... Товарищ начальница финотдела, выпишите средства на
переучивание. И не смотрите на меня будто ротве... Тьфу! Будто на врага народа. Надо!
