100 лучших книг в жанре фэнтези.Premio Gigamesh.Финалист премий Locus.Сага о Кугеле Пройдохе, Кугеле Счастливчике и Кугеле Бесстрашном продолжается!Перед вами фэнтези, полное сатиры, декадентских услад и изощренных приключений, а также поражающей всякое воображение магии, которая не отличается от науки.В этом мире тишина «слишком невинная», и что ни шаг, то вас ждет «неприятнейший сюрприз». Здесь важно не ошибиться в выборе, ведь смеется тот, кто смеется последним.«Джек Вэнс настолько усовершенствовал трюк создания новых миров, до такой степени обманчиво реальных, что через некоторое время собственный дом кажется вымышленным». – Джерри Пурнелл«"Умирающая Земля" Джека Вэнса – невероятно красивый бриллиант в россыпи сокровищ мировой литературы фэнтези. Величественный памятник, штучная, изумительная вещь». – Fantlab«Книга, которая лежала в основе создания ролевых игр системы Dungeons & Dragons». – Amazon
Jack Vance
CUGEL: THE SKYBREAK SPATTERLIGHT
Copyright © 1983, 2005 by Jack Vance
RHIALTO THE MARVELLOUS
Copyright © 1984, 2005 by Jack Vance
Перевод книги выполнен по окончательному варианту текста произведений и одобрен семьей автора.
Оформление Елены Куликовой
Джек Вэнс /Джон Холбрук Вэнс/
Родился в 1916 году в Сан-Франциско, рос на ранчо и с детства полюбил фантастику. После учебы в Калифорнийском университете служил на флоте и именно в это время начал писать рассказы, которые превратились в роман «Умирающая Земля». Публиковаться Джек Вэнс начал рано – как музыкальный обозреватель (он играл на трубе в университетском джазовом коллективе), а первый фантастический рассказ вышел в 1945 году. В дальнейшем Вэнс написал более 50 романов и повестей в различных стилях фантастики и был многократно награжден премиями Hugo, Nebula, World Fantasy Award. Его произведения попали в авторитетнейший список «100 лучших книг в жанре фэнтези», составленный Майклом Муркоком. В 1996 году Джек Вэнс за заслуги перед жанром был удостоен титула Грандмастер, а в 2001 году введен в Зал славы научной фантастики и фэнтези.
Юкоуну, прозванный в Альмерии Смешливым Волшебником, снова сыграл с Кугелем одну из своих пагубных шуток. Опять Кугель, подхваченный в воздух, был перенесен над океаном Вздохов и сброшен на унылый пляж, известный под наименованием Голечной косы.
Поднявшись на ноги, Кугель стряхнул песок с плаща и поправил шляпу. Он стоял не дальше чем в двадцати метрах от того места, где приземлился в первый раз (по воле того же Юкоуну). Теперь, однако, у него не было с собой шпаги, а в поясной сумке не осталось ни терция.
Кугель очутился в абсолютном одиночестве. Вокруг не было ни звука, кроме шорохов ветра в песчаных дюнах. На восточном горизонте в море выступал туманным очертанием мыс, на западе – еще один, столь же удаленный; к югу простиралось море – и там тоже не было ничего, кроме отражения старого красного Солнца.
Замерзшая голова Кугеля начинала оттаивать, и по мере возобновления мыслительных процессов на него накатывали, одна за другой, волны различных эмоций, главным образом ярости.
В эту минуту Юкоуну, надо полагать, от души наслаждался иронией судьбы. Кугель потряс высоко поднятым кулаком, угрожая южному небосклону:
– Юкоуну! Ты наконец превзошел себя! И на этот раз ты заплатишь за все! Отныне я, Кугель, – посланец Немезиды, ангел мщения!
Еще несколько минут Кугель возбужденно расхаживал взад и вперед, выкрикивая проклятия, – человек с длинными руками и ногами, гладкими черными волосами, впалыми щеками и чрезвычайно подвижным, язвительно искривленным ртом. Полдень давно миновал – Солнце потихоньку опускалось над западными пустырями, как больное животное, неуверенно пробирающееся вниз по крутому склону. Учитывая этот факт, Кугель, будучи прежде всего человеком практического склада ума, решил отложить дальнейшие тирады. Гораздо важнее было поскорее найти место, где можно было бы переночевать. Пожелав напоследок, чтобы Юкоуну покрылся пульсирующими от боли гнойниками, Кугель преодолел небольшую галечную осыпь, взобрался на гребень дюны и стал обозревать окрестности.
На севере в холодную сумрачную даль уходили трясины, перемежавшиеся порослями чахлой черной лиственницы.
Восточные пустоши, где находились Смолод и Гродзь, Кугель удостоил одного мимолетного взгляда; обитатели Кутца долго не забывали обиды.
До южного горизонта и дальше простирался вялый, равнодушный океан.
Далеко на западе однообразная береговая полоса упиралась в гряду низких холмов – достигнув моря, она образовывала мыс… Внимание Кугеля сразу привлекла красная искорка, мелькнувшая на фоне темного склона.
Такой красноватый отблеск мог объясняться только отражением солнечного света от стекла!
Кугель запомнил примерное расположение отблеска, погасшего по мере перемещения Солнца. Соскользнув с дюны на пляж, он поспешил по берегу на запад.
Солнце скрылось за мысом, на пляж опустились серовато-лавандовые сумерки. Памятуя о том, что где-то в северных окрестностях находился отрог Долгого Эрма (огромного леса, чреватого самыми зловещими возможностями), Кугель заставил себя прибавить ходу и побежал трусцой по песку на полусогнутых ногах.
Черная гряда холмов росла на фоне темнеющего неба, но впереди не было никаких признаков человеческого жилища. Кугель пал духом. Теперь он шел гораздо медленнее, внимательно изучая местность, и наконец, к своему величайшему удовлетворению, заметил крупный особняк замысловатой архаической конструкции, скрывавшийся за деревьями буйно разросшегося сада. Окна нижнего этажа тускло светились янтарными огнями – зрелище, обещавшее долгожданный покой утомленному припозднившемуся путнику.
