— Мы сами о себе заботимся, и я не уверен, что мне нравится то, что вы подразумеваете, — ответил Бун.
Чайн кивнул.
— Эти двое — шпионы, работающие на Нурте, Бун. Мы предполагали, что они были шпионами Нуртийцев. Теперь мне кажется, что они агенты Альфа Легиона.
— Гурт и Пето? Никогда!
— Почему нет?
— Я бы знал. Я знаю их обоих! — воскликнул Бун.
— Мы вычислили шпиона в рядах роты — сказал Чайн. — Он использовал имя Конига Хеникера, и работал под маской Имперского агента. Уксор Рахсана укрывала его во время операции на Нурте. Бронци и Сонека были арестованы после попытки вывезти ее из дворца. Хилиад покрывал сам себя, я прав?
Франко хватал пересохшим ртом воздух. Он глубоко вдохнул и отвел Черного Люцифера с пути прокатившего грузового сервитора, до основания загруженного ударными ракетами. Приведя Чайна в соседнюю ремонтную мастерскую, где работали сервисные команды обслуживания, он отдал рабочим приказ покинуть помещение. Они озадаченно удалились.
Когда они остались одни, Бун повернулся к Чайну.
— Конечно, Хилиад защищает себя. Мы чисты. Я уверен, что Саид спала со шпионом. Сонека и Бронци всего лишь прикрывали нас. Я санкционировал их действия. Вы не можете обвинить Хилиад в этом. Мы сами убрали нашу грязь.
— Я не буду обвинять вас, Бун. Расскажите мне о Страбо.
— Чертовом Страбо? — спросил Бун, поднимая брови.
— Почему его так называют?
— Я не знаю. Это старая, устоявшаяся шутка. Вы, Люциферы, вообще шутите, Чайн?
— Нет.
— Почему-то я не удивлен, — пробормотал Бун. — Хорошо, что же такого Страбо поручили сделать?
Чайн прошел вдоль рабочих столов и лениво осмотрел некоторые инструменты.
— После возвращения с Нурта он составил отчет.
— И что? — удивленно посмотрел на него Бун.
— Не скромничайте, Франко. Используя права Лорда-Командира, я получил доступ к базе закрытых учетных записей Хилиада.
— Это не законно! — сплюнул Бун. — Вы не имеете права!
— Указом совета Терры 1141236a, я обладаю такими полномочиями, как управляющий военными процессами, — спокойно ответил Чайн. — Во время военной операции, властью любого Лорда-Командира, или командира, занимающего должность эквивалентную власти над экспедицией или подобной целевой группой, или эквивалентного мандата, может быть позволено, под подозрением или общей угрозой мятежа, изымать, резервировать, копировать, любую информацию и как угодно исследовать любые файлы с данными, собранные и сохраненные любой частью подконтрольной ему сферы войск. Это мое право. Расскажите мне о Страбо.
— Ничего не было, — неохотно признал свое поражение Франко. — Страбо был пашей Клоунов. Он потеряли своего гетмана. Сонека был представлен как альтернатива, чтобы возместить потерю. Как сообщил Страбо, в последние часы жизни Нурта Сонека оставил роту под кго командованием и исчез.
— Почему? — спросил Чайн. — Это довольно необычно.
Бун пожал плечами.
— Согласно словам Страбо, Сонека просто исчез. Страбо и паша Лон, который является куда более надежным источником информации, сказал, что Сонека взял под охрану шпиона и лично эскортировал его к нашим геноводам. Затем Нурт был уничтожен и мы его больше не видели.
— Спасибо, — сказал Чайн.
— Это все?
— Одна последняя просьба. Снабдите меня примерными координатами высадки гетмана Бронци.
— Зачем?
— Его не было долгое время, геновод, — ответил Динас. — Он больше не работает на нас.
Они поднялись на заваленный гниющими останками склон скалы. Сонека видел выпирающие ребра и толстые трещины, залитые гниющей жидкостью. Запах был невыносимым.
— Сюда, осталось совсем немного, — торопил Грамматикус. Он буквально светился мальчишеским задором. Сонека и Рахсана следовали за ним, Пето поддерживал уксора за руку.
— Сюда, вниз! — позвал Джон. Они спустились за ним во впадину между наклонившимися каменными блоками. Перед ними лежала пещера, на дне которой среди расколотых плит плескалась темная жидкость.
В пещере было холодно, а эхо звучало очень странно. Грамматикус прыгал с одного камня на другой, не желая потревожить стоячую воду, перескакивая с блока на блок, словно ходил по камням в красивом саду. Сонека и Рахсана следовали за ним.
Пещера оказалось странной каменной часовней. Влага капала и сочилась с выгнутого дугой потолка. В середине зала стоял большой, похожий на кафедру, уступ. Мокрая скала блестела как стекло. Грамматикус помог Пето и Рахсане залезть на нее.
— Это то самое место? — спросил Пето, подозрительно всматриваясь в окружающие его тени.
Грамматикус кивнул.
— И что сейчас произойдет?
— Терпение, Пето. Подожди, — он медленно повернулся по кругу, смотря на стены. Казалось, что он к чему-то прислушивается. — Я их не чувствую… Где же они? Я могу слинять, — секунду спустя решил он.
— Что-что ты можешь? — спросил Пето.
— Слинять! Слинять! — сказал Грамматикус, словно кто-то понимал значение этого архаичного слова. Он спрыгнул с поверхности каменной платформы, склонился над водным бассейном и начал водить по нему своими пальцами.
— Пожалуйста, пожалуйста. — бормотал он.
Ничего не произошло.
