— Слышал о последней операции Мстителей? Как они остановили гражданскую войну в Замбии?
— Я не слежу за новостями, Питер.
— А твой брат ничего не рассказывал?
— Нет.
— Может, пойдем? Вроде переломом не пахнет и не болит особо… — пошел уже час их ожиданий в лазарете школы. А всё из-за паука. Питер неудачно упал на тренировке, когда пытался сделать сложный акробатический прием. Скотт, как умел, крепко зафиксировал пострадавшую руку Паркера к его туловищу своей спортивкой.
— Нет. Я ведь тебе говорил, твоя паутина соскользнет.
— Но я должен был проверить… — не соглашался Питер. Вдруг раздался щелчок двери.
— Оу…
Неожиданно для них это была дверь не с коридора, а с закрытой части. Оттуда вышла босая белокурая девушка в одном лишь больничном халате. Парни аж застыли на месте и переглянулись между собой, словно спрашивая, а не мерещиться ли им это. Но вряд ли иллюзия стала бы разговаривать с ними, да ещё так бодро.
— Ау? Парни, чего это вы застыли? Эй!
— Наокси?!
— Наокси?! — хором выпалили ребята, очнувшись. — Ты… Ты проснулась!
— Да, только что. И жуть как хочу есть. Боги… Куда это меня привели? И куда дели мои вещи?
— Стой тут! Я позову профессора! — бросив ей, достал телефон Скотт.
— Да я и не собиралась никуда…
— Как себя чувствуешь?
— Нормально, Питер, сам то как? Че это у тебя с рукой? — как ни в чем не бывало разговаривала та, кто пролежала в коме последние три месяца. — Вижу, все мы живы, а место явно не похоже на Рай. Интересно, сколько я проспала… Хм… И, кажется, стало слишком светло, аж глаза слезятся.
— Нао… — осторожно произнес Питер, пропуская поток слов Наокси сквозь уши и подойдя к ней крепко обнял.
— Оу, внезапно стал любить обнимашки, Паркер? Хм. Значит, что-то явно случилось…
И ей сказали правду, подобную грому посреди ясного неба. В эту правду верить не хотелось, но увы.
Говорят, человек после потери близких людей переживает пять стадий горя. Отрицание, когда в голове одни лишь восклицания по типу: этого не может быть! Это какая-то ошибка! Сейчас всё прояснится, и я пойму, что всё было не всерьёз. Я просто закрою глаза и снова открою их — и всё будет как раньше. Но с тех пор, каждый раз, когда я открываю глаза, ничего не меняется. Мир вокруг меня словно остановился, а я всё ещё жду, когда же этот сон закончится, но это был не сон.
Потом меня охватил гнев, обращенный на мир вокруг. Почему это случилось именно с ними? За что? Я злилась на весь мир, на людей, на обстоятельства, и в первую очередь на гребаных инопланетян! Мне казалось, что все вокруг виноваты в том, что произошло. Я не могла найти себе места и постоянно искала причины и виноватых. Гнев поглощал меня. Но я успокоилась.
Следом за ним появились пустые возможные «если». Может быть, если бы я поступила по-другому в тот раз, этого бы не случилось? Если бы я уговорила их тогда покинуть город? Если бы была сильнее… Я начинала перебирать в голове все возможные варианты и сценарии, которые могли бы изменить ход событий трехмесячной давности.
Я понимаю, что это бессмысленно, но всё равно продолжала искать ответы на свои вопросы. Потом пришла неизбежная опустошенность. Я переговорила с тетей Роуз, которая похоронила маму и папу рядом с бабушкой и дедушкой в деревне в Оклахоме. Как только улажу все дела с домом и наследством, я собиралась туда. Ничего другого не хотелось делать. А потом рутина охватила с головой. По мере погружения в жизнь, я начинала осознавать, что мир изменился.
И в конце концов я выстояла и смирилась. Перед поездкой в Оклахому посетила мемориал у Башни Мстителей. Постепенно свыклась с тем, что произошло, уже не изменить. Я не могу вернуться в прошлое и исправить ошибки. Но я могу научиться жить с этим. Я понимаю, что боль и горе — это часть жизни, и я должна пройти через них, чтобы двигаться дальше. Я всё ещё скучала по тому, что потеряла, что не осознавала этого, когда имела. Но я готова начать новую главу и найти в себе силы жить дальше.
Наверное, странно, что я быстро свыклась с их смертью. Но я ведь ненормальная. И скакнула сразу по всем стадиям принятия. Мне было просто грустно и больно. В моей памяти они будут жить всегда. А я… Я сделаю всё, чтобы они гордились мной, что я не была разочарованием в их жизни. И тогда в следующий раз я смогу спасти всех… Да… Так ведь?
Я стояла перед постаментом с огнем вокруг панелей. Десятки тысяч имен крутились вокруг, но среди них явно не хватает ещё двоих: Ленни и Сидни. После пробуждения я никого из них уже не ощущала. В голове осталась только пустота: ни огня, ни похабных шуток Ленни.
— Возвращаемся. Такие места всегда навевают уныние и тоску, — возложила я цветок и готова была уехать.
— Стой. Давайте соберемся, — воскликнул Питер, протягивая впереди себя одну руку. — Это будет нашим обещанием, клятвой.
— Клятвой? — переспросила Джин.
— Что, мы станем сильнее! И в следующий раз такого не допустим!
— Хо… Ты читаешь мои мысли, Питер? Ты что, стал телепатом за время моего отсутствия?
— Я, Питер Паркер или Человек-паук, как вам угодно, клянусь! — уверенно произнес он и ожидающе посмотрел на нас.