Повсюду чувствовалось приближение хэллоуина. Круглосуточная кафешка за мостом, откуда открывался прекрасный вид на побережье Лонг-Айленда, даже в такое время суток пользовалась популярностью. Взяв по стаканчику напитков и фирменные хотдоги, мы приводили себя в порядок возле машины, наблюдая за ночным силуэтом города.
— Никогда бы не думал, что ночью жизнь такая же, как и днем.
— Ты видимо, ночью всегда спал, Скотт.
— Я еще возьму. Что-то я действительно проголодался. Вам взять? — спросил Питер.
— Не, я все, — отказалась я. Также и Джин.
— Я тоже. Возьму воду, — но вызвался Скотт. И парни временно удалились.
Поставив лицо под прохладный ветер, я обдумывала произошедшее за эти дни в школе Ксавье. Мутации… Проявления и признаки… То, что выходит за рамки нормального… Мои голоса… Мои страхи… Страхи… Дядя Фарук не спроста дал намек, который сегодня не оправдался. Хотя он всегда оказывался правым и мыслями я вернулась в детство, когда я особенно боялась странностей. Как я ни старалась забыть, я до сих пор помню свой детский кошмар. Дрожь. От одной только мысли, меня объял холодный пот и появился ком в горле.
Вроде бы ничего такого, но… Не все личности у меня приветливые и добрые.
«Демон с желтыми глазами», — мой детский страх. Изображение привидения над зданием на долю секунду вызвало куда больший страх чем то, что произошло час назад. На краю подсознания я услышала этот мерзкий смех и увидела лицо — опухшее, серое с неестественно желтыми глазами.
«Сестренка?! Ау?!», — услышав перепуганного Ленни, я вынырнула из воспоминаний.
— Наокси?
— Мм?
— Что с тобой?
— Ничего, Джин. Все в порядке. Ну, как тебе отвязная ночная жизнь молодежи?
— Лучше бы я сейчас спала.
— А-ха-ха-ха! Нашу Джин ничем не проймешь! Просто кремень, а не человек!
— Я, надеюсь, мы больше никуда не собираемся? — вернулись парни.
— Ну, я бы не была в этом столь уверенной. Ладно, шучу я, не вздыхайте так. Стойте! Давайте сфоткаемся! — достала я свой телефон.
— Ага, как доказательство нашего отсутствия в школе?
— Скотт, не ворчи. Давай, жмись ближе, ты не вмещаешься. Ага, вот так. И улыбайся, что ты как не родной? Вот так. Хе-хе, — вспышка и щелчок. — Вот теперь мы все повязаны.
— Это был твой ужасный план, да?
— Как же вы правы, мистер Паркер. Пора возвращаться.
Вернулись мы в школу к трем часам ночи. По мере приближения к территории школы, мои друзья напряглись пуще прежнего, будто не они недавно участвовали в перестрелке с бандитами. Наверняка они боялись, что вдруг профессор вернулся и уже обо всем узнал. Всякое могло случиться, он же телепат-экстрасенс. Однако нет. Вся школа мирно спала. Оставив машину в гараже, мы на некоторое время собрались в гостиной и просто обсуждали произошедшее. Только потом разбрелись по своим комнатам. А я… Я в первые за последние года не смогла сразу уснуть. Не очень хотелось увидеть кошмар детства. Зря вообще вспомнила. Блин, надеюсь это того стоило! И всё же, что это за чувство было тогда, перед пистолетом? На мутацию явно не похоже, простой адреналин.
Эх… Всё может оказаться так, что я и не мутант вовсе.
Утро. Очередное прекрасное утро в школе «Х». Пребывая в полулегком бреду из-за недосыпа, я всё прокручивала в мыслях вчерашнее. Как бы все серьезно прошлой ночью не выглядело, думаю, бандиты не сильно пострадали. Разве что только их гордость и дом. Лазер Скотта с визором на минимальной мощности не так смертоносен, каким может казаться с виду. Да, яркий, да обжигает, да больно, но не прям смертельно.
За время наших тренировок мы ни разу не видели, чтобы его лучи, когда он в них, прожигали все на своем пути подобно резаку. Полагаю, попадание под его лазер — это как обжечься под солнцем на пляже. Ну, гораздо сильнее, конечно, быстрее и красочнее. А импульс от первого залпа может оттолкнуть взрослого мужика на метр и то, как если бы его просто толкнул руками такой же мужик. По словам разработчиков, он специально так настроен, пока сам Скотт не докажет, что способен контролировать более сильные лучи без всяких предохранителей, а может и без всякого визора.
Что касаемо Паркера, то паутина из его рук, скорее унижает, чем причиняет какое-либо увечье. Надежно сковывает из-за прочности субстанции при засыхании и когда свежая, липкая как суперклей. Впрочем, если изгаляться, то причинить боль можно даже листом бумаги, тут нужны лишь фантазия и усердие. Так что, не буду ничего утверждать. А Джин… Вот Джин сильна, тут ничего не скажешь. Особенно, когда не терзается сомнениями и страхами. Но, повторюсь, сомневаюсь, что кто-то погиб. Так что, совесть моя была чиста, как слеза ребенка. В отличие от надежд.