Герцог открыл огонь, загоняя болт за болтом в красную голову зверя. Кровь брызнула из морды, и несколько зубов оказались выбитыми из широкой пасти. Дракон сделал выпад. Шир что-то выкрикнул и ударил чудовище, применив пирокинетические способности. По спине и бокам монстра пронеслись языки огня. В следующее мгновение тварь была уже полностью объята пламенем настолько ярким, что стало больно глазам. Горящие тело варана задергалось в неистовых конвульсиях, круша стены близлежащих домов, обрушая фасады и поднимая в воздух облака сухой пыли и песка.
Клубы пыли были такими густыми, что быстро затмили все вокруг. Грамматикус потерял из виду Шира и Герцога и побежал. За его спиной, судя по звукам, бьющееся в предсмертных судорогах чудовище продолжало уничтожать город.
Джон бежал, не оглядываясь.
— Почему город кричит? — спросил Наматжира.
Ни у кого не было для него ответа, как не было ответа и на следующий вопрос:
— Почему этот штурм превратился в фарс? А?
Все высшие офицеры Имперской Армии, командующие войсками в Мон-Ло, замялись. Они сопровождали Наматжиру в зал для аудиенций и боялись его гнева. У лорда-командира был очень скверный характер.
Еще он имел прекрасный послужной список: сто три успешные кампании, закончившиеся Согласием, из них последние двадцать четыре он провел в чине командующего Шестьсот семидесятой экспедицией. Кампания на Нурте должна была стать двадцать пятой, а планета получила бы имя Шесть-Семьдесят-Двадцать-Пять, означающее, что это двадцать пятый по счету мир, приведенный к Согласию Шестьсот семидесятой экспедицией.
И теперь эти достижения оказались под угрозой.
Наматжира был высоким, красивым мужчиной, с черной кожей и склонностью к героизму. Поверх голубой униформы он носил хромированный доспех. Край длинного шелкового плаща, стекающего с плеч лорда-командира, как священную реликвию, нес идущий слева солдат.
Солдат был ветераном Черных Люциферов, называемых так из-за угольно-черных доспехов. Люциферы, такой же старый и почитаемый полк, как и Византийские Янычары, уже угасали. Большая часть их сил была растрачена во время Объединительных войн, но они не обладали генетической эластичностью, как Гено пять-два Хилиад, и их количество невозможно было восполнить. Во время Великого Крестового Похода они исполняли церемониальную роль, предоставляя свиту таким выдающимся командирам, как Наматжира.
Пятеро других Люциферов шли позади лорда-командира, держа руки на эфесах шпаг. Один нес знамя, изображавшее триумфы и победы Наматжиры. Другой держал на руках тилацина, домашнего любимца лорда-командира, зверька с полосатой, коричневатой шкуркой.
— Кто-нибудь? — спросил Наматжира.
В помещении находились около сотни офицеров и уксоров, командующих войсками, расположенными в Мон-Ло. Две дюжины уксоров, представлявших Гено пять-два, стояли среди офицеров Занзибарского Хорта, Шестого Потока Полумесяца Синда, Аутремаров и командиров поддерживающих отрядов. Никто не рискнул ответить.
Хонен My внимательно наблюдала за лордом-командиром из-за спин собравшихся. Она прибыла в Мон-Ло всего день назад вместе со своими войсками, завершившими осаду Тель-Утана. Хонен была рада, что Наматжира не направил свой гнев на нее. То, что случилось в Мон-Ло, не было ее виной.
Она пожалела Нитина Дева. Генерал Занзибарского Хорта и отличный воин, Дев был одним из полевых командиров в Мон-Ло.
Наматжира взглянул прямо на него.
— Генерал? Вам есть что сказать?
Лорд-командир Тенг Наматжира редко посещал поле боя лично, разве только для того, чтобы присоединиться к празднованиям в честь приведения к Согласию. Обычно он следил за ходом кампании с орбиты. Должны были найтись очень веские причины, чтобы лорд-командир спустился на планету, рискуя собой.
— Нет, мой господин, — ответил Дев. — Мне нечего сказать.
— Неужели?
— Да. Мне нечего добавить к тому, что вы уже знаете.
Хонен My бросила на Дева восхищенный взгляд. Ей не раз приходилось видеть, как офицеры лебезят, лицемерят и извиваются перед начальством, когда требуется отвечать за ошибки. Дев не делал попыток отвертеться.
Наматжира пристально смотрел на генерала. Дев стоял ровно, его глаза были так же черны, как и шлем на его голове. Дев слегка потянул эфес сабли правой рукой, левой придерживая ножны. Он замер, демонстрируя, что готов при малейшем кивке Наматжиры обнажить оружие, соглашаясь со своим позором, и лишиться звания.
— Хорошо. Возможно, позже, генерал, — мягко произнес Наматжира.
Дев задвинул клинок обратно в ножны. Лорд-командир сделал несколько шагов, и офицеры расступились, пропуская его. Наматжира направился к окнам в торце зала. Его Люциферы следовали за ним.
