Они двинулись по запруженным народом улицам и переулкам. Миновали прилавки, битком набитые мясом, рыбой, хлебом, сырами, фруктами и овощами. Уличные торговцы взахлеб расхваливали товар у себя на лотках. Купцы погоняли упрямых ослов, нагруженных кипами тканей и мешками со специями. Какофонию дополняли бродячие музыканты, уличные артисты и горластые попрошайки.
На перекрестках стояли бесстыдные нимфы-проститутки, заманивали клиентов, достаточно оголодавших, чтобы решиться на риск и воспользоваться их услугами. В воздухе плавал сладкий запах пеллюцида. Он смешивался с фимиамом у дверей многочисленных храмов всех известных богов. Сквозь этот кавардак двигались Стражи, при их появлении в хаотичной толпе чудесным образом открывались проходы.
Охотники за удачей нашли конюшню, хозяином которой был гремлин, и за несколько монет пристроили своих скакунов. После этого продолжили путь, Аулэй по-прежнему держался за спиной Коиллы.
В какой-то момент ей показалось, что она увидела пару орков. Те переходили перекресток, довольно далеко впереди. Однако в это мгновение у нее на пути оказались киргизил со своим злобным всадником, и она потеряла орков из виду.
Тут она заметила, что Аулэй трет глазную повязку. Очевидно, он орков не заметил, но на мгновение ей подумалось, не обладает ли бандит чем-то вроде «чувства орков»…
Она знала, что никаких объективных причин для отсутствия в городе орков нет. Просто их появление не очень вероятно, потому что большая часть народа сражается на службе у других. Такова их участь. Если кто-то здесь и появился, то они — или дезертиры (явление, надо признать, известное), или прибыли сюда по делу. Например, ищут ренегатов Росомах. Существовала еще одна возможность: что замеченные ею орки и есть Росомахи. Но Коилла не была уверена, видение оказалось слишком мимолетным. Тем не менее она решила, что надеяться надо на лучшее.
— Вот это пойдет, — Лекманн указал на постоялый двор.
Над дверью красовалась грубо нарисованная вывеска. Она гласила: «Палаш и оборотень».
Внутри было не протолкнуться от изрядно выпивших и потому горластых посетителей.
— Пройди дальше, Джабез, и отыщи, где присесть, — приказал Лекманн.
Блаан окинул взглядом помещение, после чего двинулся вперед, как таран, пробивая дорогу в толпе. Остальные трое следовали за ним по уже расчищенному пути. С инстинктом буйвола он высмотрел компанию эльфов и согнал их с насиженного места.
Как только охотники за удачей и Коилла уселись, появилась девушка-эльф, официантка. Лекманн открыл было рот, чтобы сделать заказ. Хлопнув перед ними четыре оловянные кружки с медовым элем, официантка сказала:
— Берите это или убирайтесь.
Блаан презрительно бросил ей несколько монет. Девушка сгребла деньги и удалилась.
Головы трех людей сблизились. Словно заговорщики, они приглушили голоса. Коилла, скрестив руки на груди, откинулась на спинку стула.
— Тут есть небольшая проблема, — шептал Лекманн. — Идеально было бы в первую очередь избавиться от этой суки. Тогда можно будет не отвлекаться на то, чтобы сторожить ее. Но если мы ее продадим, кто укажет нам на других Росомах?
— Я уже сказала, — вставила Коилла. — Я не сделаю этого.
Обнажив зубы в безобразном оскале, Лекманн прошипел:
— Мы тебя заставим.
— Как?
— Предоставь это мне, Мика, — предложил Аулэй. — Уж я-то ее заставлю.
— Ешь дерьмо, одноглазый, — ответила капрал.
Аулэй зашипел.
— А предположим, эта чокнутая тварь не поможет нам, — продолжал рассуждать Лекманн. — В таком случае самым лучшим решением будет разделиться. Мы — Джабез и я — поищем на нее покупателя. Тем временем ты, Гривер, сможешь начать разыскивать орков.
— А потом?
— Через пару часов встретимся на этом же месте и расскажем, кто чего добился.
— Пойдет, — Аулэй сверкнул взглядом в сторону Коиллы. — С удовольствием посмотрю ей в спину.
Хорошенько отхлебнув эля, она вытерла рот тыльной стороной ладони.
— Посмотри лучше вот на это. — Она обрушила кружку на руку Аулэю.
Послышался громкий треск.
Лицо охотника за удачей исказилось. Он издал мучительный вой и посмотрел на мизинец. Затем лицо у него посерело, глаза переполнились слезами.
— Она… сломала… его… — простонал он, едва шевеля дрожащими губами, и потянулся второй рукой к сапогу. — Я… убью… тебя…
— Заткнись, Гривер! — оборвал его Лекманн. — На нас смотрят! Ты ничего ей не сделаешь, она для нас — слишком ценная вещь.
— Она сломала мне мизи…
— Хватит вести себя как ребенок. Вот, держи, — Лекманн бросил Аулэю тряпку. — Завяжи палец и закройся.
Коилла одарила троицу теплой улыбкой.
— Ну, а теперь давайте продавать меня? — сладко промурлыкала она.
— Нет сомнений, — подтвердил Джап. — Целая охотничья команда.
Скрытые в густых зарослях, они лежали на земле и разглядывали лагерь на поляне. Остальные Росомахи по приказу Страйка остались сзади, и с того места, где сейчас находились Страйк и Джап, увидеть их было нельзя.