- Пневматические поперечные подачи в порядке, параметрический усилитель снижается, ретрансляторы и внутренний индикатор включены, предстартовая проверка закончена, - сказал Кэнби, глядя на Петерсон, сквозь щиток который сияла счастливая улыбка.
- Молодец, - одними губами произнесла Петерсон Подмигнув, Кэнби отвернулся от нее и начал сосредоточенно выводить корабль из воды - Доложи готовность, Чанг, - обратился он к О'Коннору.
- Я готов, - отозвался тот.
- Норфолкскому Управлению: ММ-семь-четыре-восемь занял стартовое положение на векторе четыре-восемь, - объявил Кэнби.
- ММ-семь-четыре-восемь, разрешен старт в Солнечную систему, - вскоре ответило Норфолкское Управление.
- Спасибо, Норфолк.
Изображение на экране растворилось. Кэнби осторожно отпустил гравитационные тормоза, затем перевел регуляторы тяги вперед до отметки "СТАРТ МАКС.". Двигатели взревели.
- Понеслись! - воскликнул Кэнби, когда корабль снова помчался над волнами.
Вода за кормой в полукилометре от корабля образовывала два желоба двигатели выплескивали мощные потоки гравитонов. Корабль еще раз легко приподнялся над водой, причем гребни волн гулкой дробью ударились о его днище Кэнби наполнил трепет - чувство, которого ему не хватало добрых десять лет.
- Энергия в норме, - доложил О'Коннор - Девяносто.., сто...
Кэнби слегка приподнял нос корабля, борясь с волнением.
- Отрываемся.
Прозвучал последний глухой звук удара, и внезапно шум волн затих.
- Летим - взревел Кэнби, когда ожили приборы ориентации.
Как все ее норовистые сестры, "Смерть" начала уходить влево, однако Кэнби немедленно взял ее под контроль с помощью левого двигателя. За считанные секунды корабль прогрохотал сквозь тяжелые тучи, а затем резко вырвался к яркому солнечному свету и чистому голубому небу. Внизу, казалось, повсюду тянулось грязно-серое море, a "DH98" покидал владения шторма и врезался в стратосферу. Небо быстро почернело, горизонт с каждой секундой вырисовывался во все более четкую кривую. Кэнби переключил дисплей на индикатор скорости света, который показывал ноль четыре.
- Чанг, - распорядился Кэнби, - назови световые скорости.
- С удовольствием, - ответил О'Коннор. - Скорость света - четыре и пять.., пять.., пять и пять...
Уголком глаза Кэнби заметил появившуюся на горизонте луну, которая стала почти полукругом. Кэнби передвинул оба рычага до отметки "ОТКРЫТЫЙ".
- Шесть.., шесть и пять...
- Два зеленых горят, пусковые переключатели открыты, - сообщил Кэнби. - Лейла, зажигай пуск.
Тотчас же на его считывающей панели появились две рамки - обе темные.
- Энергия на номер первый, - сказала Петерсон. В правой рамке Кэнби зажегся красный индикатор.
- Зажигание номера первого.
Пока огоньки положения на дисплее правого пуска медленно переходили у Кэнби с красного на зеленый, с низким рокотом ожил большой "Роллс-Ройс Кудесник", сотрясая своей мощью весь корпус.
- На зажигании передача номер один, - радостно выкрикнула Петерсон.
Ее слова подтвердили зеленовато-синее сияние на корме и ряд зеленых огоньков на дисплее положения правой передачи. Как только корабль достиг скорости света, впереди все слилось в красную беспорядочную массу, поскольку фотоны начали достигать гиперэкранов неупорядоченными группками эффект Джинкенса, названный в честь выдающегося алабамского ученого двадцатого столетия, который первым предсказал это явление. Тотчас же гиперэкраны попытались приступить к перемещению, но поскольку настоящая скорость света-1 достигнута не была, их действия оказались неэффективными. Кэнби сосредоточил внимание на приборах.
- Скорость света ноль восемь, - сообщил О'Коннор.
- Энергия - на номере втором, - предупредила Петерсон.
Кэнби увидел, как на дисплее левой передачи появился красный огонек.
- Скорость света ноль восемьдесят пять, - объявил О'Коннор.
- Номер второй - зажигание...
Через несколько секунд под палубой зарокотал второй "Кудесник". Петерсон настроила двигатели на синхронный рев, казалось, заполнивший собой весь корабль.
- Скорость света ноль девять...
За пределами корабля от носа до кормы все цвета и очертания смешались.
- Скорость света ноль девять, - доложил О'Коннор.
- Есть! - выпалил Кэнби севшим от волнения голосом. - Задействовать оба кристалла вполсилы. - Он приоткрыл верньер мощности привода. Двигатели готовы, Лейла.
Немедленно оба изображения двигателей на считывающей панели поменяли цвет с красно-желтого на зеленый.
- Первая скорость света, - сдавленным голосом сообщил О'Коннор.
Через очищающиеся гиперэкраны впервые за десятилетие Кэнби увидел дальний космос.
- Черт бы меня побрал! - с жаром произнес он - и по его щекам потекли слезы.
Его никто не слышал. Рубка - как, наверное, весь корабль - огласилась неистовыми радостными криками.
Через несколько минут Петерсон провела тщательную проверку систем, а Кэнби начал задавать курс вокруг Урана и обратно к Чесапику, когда почувствовал, как кто-то тронул его за плечо. Это был Фрэнк Конвей, помощник по средствам связи.
- Командир, вам личное сообщение по гиперсвязи, - сквозь густые усы проговорил этот невысокий, мускулистый мужчина.
Кэнби нахмурился.
