- Бомбей, - протянул Мэддер, словно сомневаясь в собственном голосе. И меня не смогут выследить?
- Не смогут, - заверил его Кэнби. - Все подготовлено. Тебе нужно лишь попасть на гиперпоезд.
- Но как я это сделаю? - спросил Мэддер так, будто обнаружил, что все слишком хорошо, чтобы оказаться правдой. - Не могу же я сесть на поезд в таком виде. От меня.., воняет.
- Поэтому я кое-что захватил, - сказал Кэнби, доставая сумку. - Тебе помогут стерильные салфетки и чистая одежда, - добавил он с усмешкой. Хотя; боюсь, она будет немного великовата. С тех пор как я тебя видел, ты здорово похудел. Капеллан Эмпс забыл меня об этом предупредить.
Мэддер покачал головой.
- Господи, командир, - промолвил он, трогая одежду. - Не важно, как она будет сидеть. Теперь мне многое не по размеру. Зато копам будет труднее меня узнать.
- Вот это я принес специально для них, - смеясь, сказал Кэнби, доставая парик, накладную бороду и очки. - С такой маскировкой у тебя точно все получится.
- Боже мой! - Мэддер судорожно сглотнул, его глаза наполнились слезами. - Не могу поверить.
- Ты ведь просил помочь, не так ли?
- Так, - еле слышно согласился Мэддер. - Сначала я много раз просил других, но они резко перестали со мною знаться. Остались только вы и командир Эмпс.
- Забудь о других, лейтенант, - посоветовал Кэнби. - Теперь все будет хорошо. Только доберись до Бомбея, измени имя и начни новую жизнь. Это окажется не так просто, потребуется пара лет тяжелой работы, прежде чем ты сможешь зарегистрироваться здесь как полноправный гражданин.
Мэддер кивнул.
- Да. Если меня не будут искать, я продержусь. А тяжелой работы я сроду не боялся. Вы ведь помните, правда, командир?
Кэнби улыбнулся.
- Поэтому я и здесь, лейтенант, - заметил он. - И рад тебе помочь.
- Благослови вас Господь, командир Кэнби, - воскликнул Мэддер, хватая конверт. - Когда-нибудь я так или иначе отплачу вам с лихвой.
- Пользуйся новой жизнью сам, лейтенант, - возразил Кэнби. - Все, что кусает этих гнилых политиканишек, для меня уже награда.
Он взглянул на часы.
- До гиперпоезда на Бомбей осталось меньше получаса. Ныряй в проулок и одевайся. Затем мы вместе дойдем до станции. Так будет проще...
К полудню Кэнби собирался быть дома. С тем, что у него осталось, он мог скромненько протянуть до следующей пенсии, если не налегать на еду и отложить выплату квартплаты до следующего месяца. Храбро подставив лицо пронзительному ветру, Кэнби сел на один из паромчиков, ожидавших возле древних развалин огромного моста, и улыбнулся. Хотя ему придется немного поголодать, все в Легионе время от времени чем-то жертвовали, когда товарищ-ветеран попадал в беду. Это стоило затраченных усилий и риска хотя бы ради того, чтобы насолить правительству.
Белгрейвский сектор
Лондон
Земля
В тот же самый день в Лондонском Белгрейвском секторе, как раз за Белгрейв-Сквер, Садир, Первый граф Ренальдо, носился по спальне на третьем этаже своего элегантного особняка, извергая проклятия в адрес двух дворецких и лакея, которые поспешно ретировались из комнаты. По невнимательности Гертруда, помощница дворецкого, уронила одну из любимых запонок Ренальдо. Та закатилась за "подлинную" старинную заслонку от горячего воздуха и упала в трубу, происхождение которой уже затерялось с годами.
- Вон, сволочи, идиоты! - вопил граф. - И не показывайтесь, пока не заработают ваши убогие мозги!
Тяжело дыша скорее от гнева, чем от бега, он плюхнулся в кресло, свирепо глядя в пустой дверной проем. "Низкие твари, - мрачно думал граф. Теперь все так. Прислуге просто нельзя доверять!.. Разумеется, сегодня вообще никому нельзя доверять". Он капризно посмотрел на свое отражение в богато украшенном зеркале - ну и денек! Целую неделю ждать благотворительного приема в Галерее Барбикан, чтобы надеть новый елизаветинский костюм - и на тебе...
Граф был облачен в красновато-коричневые атласные бриджи длиной до колена (специально скроенные с учетом его полноты), желтые шелковые чулки с украшенными белым кружевом подвязками, белую нижнюю рубаху и пышный кружевной воротник. На манекене рядом с зеркалом висел расшитый золотом изумрудный камзол - как положено, с буфами и разрезами. На инкрустированном ночном столике стояла украшенная перьями высокая бобровая шапка, а рядом с нею - пара широких сапог из мягкой черной кожи с пряжками и шпорами. Широкий круглый плащ "а-ля три мушкетера" беспорядочной кучей валялся там, где его в спешке уронил один из лакеев.
Со стоном Ренальдо вытащил свое тело из кресла: корсет, который он носил, чтобы убрать огромный живот и приподнять обычно впалую грудь, порой причинял большие неудобства. Теперь же, когда бестолковые слуги исчезли, приходилось завершать туалет самому - довольно трудная задача, учитывая сложное историческое одеяние, к которому часто прибегало дворянство Имперской Земли.
