Вскочив на коня, Леха поскакал в ставку царя, раздумывая о том, что прорвавшиеся греки могли привести помощь и следовало торопиться.
— Им вряд ли помогут, — успокоил его Иллур, принявший его немедленно в своей юрте, — но ты прав, начинать штурм гавани надо немедленно. Время не ждет. Где ты пропадал так долго?
— Эта эннера оказалась не такой быстроходной, как я рассчитывал, — попытался оправдаться Леха, — но зато баллисты у нее действительно мощные. Если подогнать этот корабль к дамбе и высадить десант, то, под прикрытием орудий, имеем много шансов захватить гавань раньше, чем греки сумеют что-нибудь сообразить.
Иллур встал, прошелся по юрте.
— Что же, твое нападение будет сигналом к общему. Едва ты ворвешься в гавань, я пошлю людей на стены. Сколько тебе нужно времени?
— Я уже готовлю штурм, — предупредил Леха, — начну завтра на рассвете.
Не удержавшись, Иллур тем же вечером съездил в гавань и осмотрел прибывшую эннеру в пристутсвии Лехи и Гилисподиса, которому запрещалось пока отлучаться корабля. Царь скифов прошелся по огромной палубе, осмотрел многочисленные башни для стрелков и с благоговением погладил мачту. Похоже, остался доволен. Но, покидая корабль, Иллур был немногословен.
— Действуй, Аллэксей! — сказал он, взобравшись на коня.
Над водой еще висел белесый туман, когда суперлинкор «Гнев богов» вошел в залив и направился на веслах в сторону входа в гавань Тиры. Рядом с ним шли все имеющиеся в распоряжении адмирала квинкеремы, чтобы не оставить противнику шансов. Триеры Леха оставил в резерве, прикрывать выход из залива на всякий случай. Предстоящая битва должна была стать битвой метательных машин. И адмирал, снова находившийся на эннере, собирался управлять обстрелом крепости отсюда.
Несмотря на сумерки, которые частично скрыли маневр скифского флота, эннера была столь большой, что не заметить ее было трудно. И все же кораблям Лехи Ларина удалось подобраться почти к самой гавани и нанести первый удар в предрассветной мгле, до того как греки смогли отреагировать на угрозу.
— Мы должны подойти как можно ближе к дамбе и высадить десант, — инструктировал накануне Леха командира четырех сотен морпехов, скрывавшихся в огромном чреве эннеры, — ваша задача, захватить дамбу и опустить цепь, открыв проход кораблям в гавань. А затем пробиваться в город и захватить ближайшие башни. Вам помогут пехотинцы с других кораблей.
Бородатый крепыш, облаченный в пластинчатый панцирь, кивнул.
— Мы выполним приказ, — подтвердил он свою решимость, — или умрем.
— Конечно, на трех имеющихся шлюпка это будет сделать невозможно, — продолжал Леха, расхаживая перед строем вооруженных до зубов морпехов, — Поэтому за нашим кораблем пойдет несколько бирем, которые доставят вас до укреплений противника. Мы прикроем вашу высадку из орудий. Ну, а там уже все будет зависеть от вас. Царь ждет победы в этом бою. Мы слишком долго торчим под этим проклятым городом.
Командир морпехов кивнул еще раз.
— Ну, вот и отлично, — закончил Ларин, и добавил, уже поднимаясь по лестнице на верхнюю палубу, — ждать приказа.
Конечно, скорость была не главным козырем «Гнева богов», но для такого мастодонта двигался и даже выглядел он весьма грациозно. Осторожно разрезая килем невысокие волны, это семибашенное чудовище, со снятой мачтой, неожиданно выплыло из тумана напротив перегороженного входа в гавань Тиры и, остановившись, мгновенно выпустило из своего чрева сотню пехотинцев. Оказавшись на палубе, пешие скифы, быстро спустились по веревкам и сходням на пришвартованные за гигантским кораблем быстроходные биремы и устремились к дамбе, с которой на них взирали греческие пехотинцы, уже распознавшие опасность. Следующие три биремы взяли на борт еще сотню, тут же направившись к дамбе.
Между тем, квинкеремы сопровождения, обогнув эннеру, первыми открыли стрельбу по дамбе и стоявшим за ней судам, заставив греческих пехотинцев на некоторое время спрятаться в укрытия. На глазах адмирала ядра, пущенные скифскими артиллеристами, просто смели с мола шеренгу пехотинцев Тиры.
Когда первые десантные суда, сделав последний взмах весел, воткнулись в дамбу, пехотинцы посыпались на нее один за другим, и, словно жуки, стали карабкаться по камням основания наверх, где их уже поджидали греки с обнаженными клинками и лучники. Завязалась жестокая драка. У оборонявшихся было преимущество, и многие скифы быстро сложили головы, пронзенные стрелами или мечами гоплитов. Бой шел так близко, что Леха слышал стоны раненных и умирающих. Но скифам, ценой больших жертв, все же удалось взобраться на мол, и оттеснить греков назад.
