Моча: концентрация этанола — 0,08 %.
Не обнаружено:
— цианидов и фтористых соединений;
— барбитуратов, карбаматов, бензодиазепинов и прочих седативных и снотворных лекарств;
— амфетаминов, антигистаминов;
— естественных и синтетических наркотиков и болеутоляющих средств;
— трициклических антидепрессантов и угарного газа;
— радионуклеидов.
Обнаружено:
— сукцинилхолинхлорид — 18 миллиграммов.
Токсиколог: Самюэль Хиршберг, магистр.
«Существует некое предположение, будто человек является пленником, не имеющим права открыть дверь и уйти; это та самая тайна, которую я не в состоянии постичь. И все же я считаю, что боги — наши тюремщики, а мы, люди, — их собственность».
Киндерман раздумывал над отрывком из Платона. Эти строки то и дело всплывали в памяти следователя.
— Как это понимать? — недоумевал Киндерман. — Как же это может быть?
Они сидели за столом в полицейском участке: Киндерман, Аткинс и Райан. Киндерману позарез требовались сейчас все эти люди, он должен был ощущать вокруг себя деловую суматоху, чувствовать, что мир реален и пол под его ногами с минуты на минуту не провалится. И еще ему был необходим яркий свет.
— Ну, конечно, на все сто процентов я в этом не уверен, — начал Райан и в задумчивости почесал плечо. Так же, как Аткинс и Стедман, он привык работать без пиджака: в комнате на полную мощность были включены обогреватели. Райан пожал плечами и продолжал: — По волоскам этого нельзя сказать наверняка, и все же мы вполне можем допустить. И все же…
— И все же, — эхом отозвался Киндерман. — Все же…
Рыхлый слой волос был идентичен по толщине, кроме того, размер и количество волос на единицу площади, кутикулы — все это совпадало в обоих образцах. Волоски, извлеченные из кулака Кинтри, оказались свежевырванными, с округленными краями Это свидетельствовало о том*, что мальчик сопротивлялся. Киндерман покачал головой.
— Невозможно, — заявил он. — Это просто невозможно.
Следователь посмотрел на женскую фотографию, которую только что положили перед ним на стол, затем перевел взгляд на стаканчик чая, сунул в него палец и, гоняя туда-сюда лимонную дольку, принялся размешивать теплую жидкость. Киндерман сидел в пальто.
— Отчего он умер? — спросил, наконец, лейтенант.
— От шока, — ответил Стедман. — И постепенного удушья. — Все уставились на него. — Ему вкололи сук- цинилхолин. Десять миллиграммов на каждые пятьдесят фунтов вызывают немедленный паралич, — пояснил он. — В тело Кинтри ввели почти двадцать миллиграммов. После этого он не мог ни пошевелиться, ни крикнуть, а через минут десять не мог и дышать. Эта штука парализует и дыхательную систему.
Наступила тишина, она словно внезапно упала на них и отрезала от всего остального мира: от погруженных в свои дела, галдящих за соседними столиками людей, от треска, стука и писка многочисленных включенных аппаратов. Киндерман слышал, что происходит вокруг, но звуки теперь казались ему какими-то стертыми и размытыми. Они доносились словно издалека и походили на давно забытые молитвы.
— И для чего он применяется? — прервал молчание следователь. — Этот… как вы его там называете?
— Сукцинилхолин.
— Да, Стедман, это словечко наверняка пришлось тебе по вкусу.
— В основном он применяется, как мышечный релаксант, — разъяснил Стедман. — Его используют для анестезии. Например, при лечении электрошоком.
Киндерман кивнул.
— Да, и еще кое-что, — спохватился Стедман. — Это лекарство действует только в определенных дозах. Так что для достижения желаемого эффекта необходимо знать точную дозировку.
— Итак, это может быть врач, — вслух размышлял Киндерман. — Возможно, и анестезиолог! Пока этого никто не знает. Во всяком случае, человек, весьма близкий к медицинским кругам, так? И у него есть доступ к лекарствам, в частности к этому. Кстати, а шприца на месте преступления не нашли? Или там обнаружили лишь ценнейшие улики, вроде фантиков или пустых сигаретных пачек?
— Нет, шприца там не было, — вставил Райан.
— Ну да, разумеется, — вздохнул Киндерман.
Тщательное обследование места происшествия мало что дало. Правда, на деревянном молотке обнаружили дырки от гвоздей, но зато отпечатки пальцев оказались смазанными, а исследование окурков выявило лишь то, что куривший человек имел группу к§ови О— самую распространенную из всех групп. КинДерман заметил, что Стедман взглянул на часы.
— Стедман, иди домой, — приказал он. — И ты, Райан, тоже. Уходите. Валите отсюда. Разбредайтесь по своим домам и там обсуждайте евреев сколько душе заблагорассудится.
После короткого прощания Райан и Стедман покинули участок, и уже через пару минут мысли их вертелись только вокруг вкусного обеда и горячего кофе.
