В уме Джона Стара возникла картина обреченного человечества. Система не сможет бороться с наукой, которая строит эти черные паучьи корабли пространства и вооружает их искусственными атомными солнцами. С наукой, которая превращает планеты в пояс искусственных спутников и ведет звезду, словно красного корсара, по Галактике.
Нет, у Системы не было шанса — тем более что Легион Пространства уже предан его собственным Командором и АККА в руках чудовищного врага.
— Прошу тебя, Джон! — в надтреснутом голосе Адама Ульнара была мольба. — Прошу, не думай, что я замыслил все это. А сейчас… я хочу умереть. В ящике моего стола лежит пузырек. Принеси его мне. Я прошу тебя.
Джон Стар медленно прошептал:
— Вам не видать легкой смерти.
— Нет, Командор, — хмуро сказал Джей Калам. — Вы должны жить… Если мы уцелеем при посадке, вам, возможно, предоставится шанс исправить то, что произошло.
Он отвел спотыкающегося узника обратно в камеру.
Дюзы по-прежнему ревели. «Пурпурная Мечта» падала. Предназначенные лишь для ограниченных маневров при взлете и посадке дюзы не справлялись с поставленной задачей. Торможение при такой скорости — дело генераторов. Но они были испорчены.
Джон Стар застыл возле управления, выжимая последнюю порцию энергии из оставшейся капли горючего, пытаясь вовремя остановить крейсер.
Черный корабль-паук падал вслед за ними. Медузианам любопытно было узнать эффект воздействия барьерных лучей на корабль. И, конечно же, наготове было какое-нибудь новое оружие на случай, если эти сумасшедшие пришельцы переживут посадку.
Красный туман сомкнулся вокруг «Пурпурной Мечты». Черный корабль следовал за ними, превратившись в огромную смутную тень в сумерках. Все остальное исчезло. Крейсер по-прежнему падал к невидимой планете, скрытой за подсвеченным красным облаком. Рев дюз прервался, возобновился, затем прекратился окончательно.
— Горючее вышло, — прошептал Джон Стар. — Падаем. И ничего уже не сделать.
Стиснув кулаки в бессильной ярости, он вглядывался в густой, светящийся красный туман. Напряженные глаза увидели поверхность — нечто смутное и блестящее. Она вспыхивала, готовясь встретить их.
— Море, — прошептал он. — Снижаемся к…
Последнее, что он услышал, был голос Джея Калама — тихий и мягкий даже в эти мгновения их падения.
— В любом случае, мы добрались до планеты, на которой находится Аладори.
— Выходит, мы шлепнулись на дно моря? — заключил Жиль Хабибула. Настроение его не улучшилось. Он говорил голосом здорового ухоженного кота, недовольного тем, что его таскают за хвост.
Джон Стар молча кивнул, и тот горько продолжал:
— Двадцать долгих верных лет я прослужил в Легионе с того злосчастного дня на Венере, когда…
Он замолчал, вращая рыбьими глазами, и Джон Стар спросил:
— Как это тебя угораздило вступить?
— Старый Жиль оставил свое прошлое позади, дружище, — голос вновь стал жалобным. — Столь отважный герой всю…
Голос его прервался. Огромная слеза выползла из угла глаза и, словно испугавшись гигантского красного носа, помедлила, решилась и упала вниз.
— Взгляни на бедного старого Жиля. Его выгнали, как собаку, из родной Системы. Его травят, как кролика, в межзвездном пространстве. Он заброшен на эту планету ужасов. И теперь ему предстоит провести последние безрадостные дни, погибая на дне желтого моря. Так где же драгоценная справедливость, парень?
Он обхватил свою огромную голову руками и затрясся в рыданиях, чем-то напоминая загарпуненного кита. Но это длилось недолго. Он выпрямился и вытер глаза тыльной стороной толстой ладони.
— В любом случае, дружище, — устало засопел он. — Не выпить ли нам по капельке винца, чтобы забыть ужасные беды, обрушившиеся на нас? Кстати, я тут припас ящик консервированного сыра, который нашел на складах… И я расскажу тебе, парень, о былых временах на Венере. Я стал бы знаменитым героем, если бы не наступил во тьме на коварную лампу… Тогда старый Жиль был умен и проворен, как ты, дружище…
— Нет, мы не сможем сдвинуть корабль, — ответил Джон Стар Джею, стоя в рубке. — Хотя он лежит на неглубоком месте — согласно измерителям давления, он менее чем в ста футах.
— Но нам не поднять его на поверхность?
— Нет. Генераторы отказали, топливо для дюз вышло. Если бы у нас были те бочки, которые мы оставили на спутнике Плутона! А корпус слишком тяжел и не держится на плаву.
— Выходит, — заключил Джей Калам с тихой решительностью, — мы не сможем подняться. Это не так плохо, если учесть, что мы живы и находимся на той же планете, что и Аладори.
— Если бы только мы могли выручить ее и создать АККА, мы бы показали этим медузианам, — воскликнул Джон Стар.
— Мы и должны это сделать, — спокойно сказал Джей Калам. — А теперь надо поговорить с Адамом Ульнаром.
Когда они пришли к старику, он сидел — бледный и измученный — на койке, не в силах оправиться от переговоров с медузианами. Царственная гордость Пурпурного Холла покинула его. Он невидяще глядел в стену, трясущиеся губы шевелились. Казалось, он не заметил их. Джон услышал шепот:
