Жаждущий власти консул Калар поднял мятеж против Первого консула Алеры. Для того чтобы свергнуть Гая Секстуса с престола, Калар заключил союз с канимами, злейшими врагами Алерского государства.В новом легионе, собранном со всей страны и не имеющем боевого опыта, истории и традиций, служит на скромной должности помощника трибуна под чужим именем юный Тави Кальдерон. Настоящая задача бывшего курсора – быть «глазами и ушами» Первого консула, разоблачать его врагов и срывать их планы. Тави еще не знает, что вскоре ему предстоит возглавить этот легион – последний щит Алеры – и сразиться с шестидесятитысячным войском свирепых и беспощадных канимов.Впервые на русском!
Люди планируют. Судьба смеется.
Jim Butcher
CURSOR’S FURY
Copyright © 2006 by Jim Butcher
Published by permission of the author and his literary agents, Donald Maass Literary Agency (USA) via Igor Korzhenevskiy of Alexander Korzhenevski Agency (Russia)
All rights reserved
Оформление обложки Татьяны Павловой
Иллюстрация на обложке Сергея Шикина
Карта выполнена Юлией Каташинской
Издательство Азбука®
Тави сложил пальцы домиком и уставился на доску для лудуса. Черно-белые квадраты располагались в одиннадцать рядов и одиннадцать столбцов; раскрашенные фигурки из свинца, тоже черные и белые, выстроились на них по ранжиру. На второй доске, размером пять на пять квадратов, установленной на маленьком металлическом пруте так, что ее центр находился над центром нижней доски, находилось всего несколько фигурок. Жертвы сражения стояли на столе, рядом с доской.
Уже давно наступил миттельшпиль, фигуры подошли к той точке, где становились неизбежными размены и жертвы, ведущие к эндшпилю. Такова природа лудуса. Темные легионы Тави понесли более серьезные потери, но его позиция была выгоднее. Пока игра проходила с его преимуществом, и, если противник не задумал какую-то хитроумную ловушку, которую Тави не заметил, у него имелись превосходные шансы на победу.
Он взял одного из своих консулов и переставил на доску, изображавшую небо над полем битвы, добавляя тем самым давления на осажденные позиции белых.
Его противник издал странный звук, похожий на легкое рычание спящего хищника. Тави знал, что он означает нечто сродни смешку, который мог бы издать человек, однако он ни на секунду не забывал, что его противник не принадлежит к человеческой расе.
Каним был огромным существом, высотой более девяти футов, если он выпрямлялся во весь рост, с темным густым мехом на всем теле, за исключением рук-лап, и лишь в тех местах, где имелись грубые рубцы, просвечивала кожа. Голова напоминала голову огромного волка, только массивнее, морда заканчивалась широким черным носом, в пасти сверкали острые белые клыки. Навостренные треугольные уши наклонились вперед, в сторону доски для лудуса. Широкий хвост нетерпеливо метался из стороны в сторону, узкие золотисто-алые глаза задумчиво изучали доску. От канима исходил необычный запах, Тави никогда не встречал ничего подобного: мускус, отдающий плесенью и ржавым металлом, хотя доспехи и оружие канима уже два года хранились под надежным замком.
Варг сидел напротив Тави на корточках, тем не менее его глаза находились на фут выше глаз человека. Они играли в скромном зале неприступной Серой башни, главной и самой надежной тюрьмы государства. Считалось, что из нее невозможно сбежать.
Тави позволил себе улыбнуться. Почти неприступной. Да и сбежать из нее
Как всегда, воспоминания о событиях Зимнего фестиваля двухлетней давности наполнили Тави смешанными чувствами гордости, унижения и печали. Даже сейчас в его снах иногда появлялись воющие чудовища и потоки крови.
Он заставил себя отвлечься от прошлых сожалений.
– Что тут смешного? – спросил он у канима.
– Ты, – ответил Варг, не отводя взгляда от доски для лудуса. Голос его был медленным, низким, слова странно пережевывались и искажались ртом и клыками. – Такой агрессивный.
– Только так можно одержать победу, – ответил Тави.
Варг протянул тяжелую руку-лапу и длинным острым когтем подтолкнул фигуру белого консула вперед. Это было ответом на последний угрожающий белым ход Тави.
– Победа есть нечто больше, чем свирепость.
Тави двинул вперед фигурку легионера, полагая, что скоро сможет начать атаку.
– Что ты имеешь в виду?
– Свирепость необходимо усмирять дисциплиной. Свирепость бесполезна, если ее не использовать в нужном месте… – Варг смахнул с доски фигуру доминуса и уничтожил легионера. Затем слегка отодвинулся и сложил руки на груди. – И в нужное время.
Тави нахмурился, глядя на доску. Он рассматривал такой ход Варга, но посчитал его слишком нестандартным и непрактичным, чтобы принимать всерьез. Но тонкий маневр изменил баланс сил.
Тави обдумывал ответный ход, отбросив первые два варианта как бесперспективные. Затем, к своему смятению, он обнаружил, что следующая дюжина вариантов ничего хорошего тоже не даст. Через двадцать ходов, которые приведут к серии разменов, станет очевидно, что численно превосходящие силы канима смогут без особых усилий выследить и захватить Первого консула Тави.
– Вороны, – пробормотал юноша.
Черные губы Варга раздвинулись, обнажив белые клыки, имитируя алеранскую улыбку. Конечно, ни один алеранец не мог бы выглядеть таким… беззастенчиво хищным.
Тави покачал головой, продолжая рассматривать различные варианты.
– Я играю с вами в лудус уже почти два года, господин. И думал, что неплохо изучил вашу тактику.
– Да, кое в чем, – согласился Варг. – Ты быстро учишься.
– Однако я не уверен, – сухо заметил Тави. – Что я должен был изучить?
