— Петрович! Стой! — донеслось с большого корабля.
— Какие наши? — недоумевал Туф. Хенд тревожно оглядывался.
— Вы это… слышь, вы плывите без меня, ладно? Я — все. Остаюсь. Денег не надо. Плывите, братцы.
И, мало соображая, что делает, Петрович прыгнул с борта прямо в холодные волны.
— С ума сошел?! — прозвучал голос Марго.
— Бери правее, там лестница! — крикнул Эдик.
Петрович барахтался среди бурунов пены, волны подкидывали его. Он вдруг понял, что корабль идет гораздо быстрее и сейчас совсем уплывет. Он поднажал, силы не оставили его. Через минуту он вцепился пальцами в холодный металл лестницы.
— Наши… наши… — беззвучно шептали его губы.
Он уже карабкался по ступенькам.
С уходящей в туман лодки на него изумленно таращились оба сторожевика.
— Прощай, муммо, — пробормотал Туф. — Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.
— Уезжаешь?
Алика смотрела на Влада снизу вверх и была похожа на грустного ребенка.
— Мне нужно, — хмурился Влад. — Очень.
— Тебе?
— Не только. Моим друзьям. Понимаешь, мои друзья нашлись. Нам очень нужно повидаться.
— Плохо. — Алика отвернулась и хмуро смотрела в сторону холмов, где ворочался предрассветный туман.
Было холодно, Влад плотнее натянул дорожный плащ.
— Плохо, — повторила она. — Я думала, мы будем вместе.
— Я же приеду…
— Куда? — Алика вяло усмехнулась. — Я тут недолго буду. Как только соберутся девчонки, мы выступаем в Вантал.
— И мне нужно в Вантал. Я сразу туда. И тебя обязательно там найду.
— Там такое будет… сам себя не найдешь.
— Я буду тебя искать. Обещаю.
Алика медленно кивнула. Вдруг встала на цыпочки, крепко обняла Влада и долго не отпускала.
— Я все равно скажу девчонкам, что у меня есть настоящий муж.
— Правильно.
Алика отпустила его и быстро пошла прочь. Вдруг остановилась, развернулась и крикнула совсем как капризный ребенок:
— Я думала, мы будем вместе!
В ее голосе слышались слезы. Влад нервно кусал губы. Он чувствовал себя очень погано.
Послышались шаги — Гаул привел ему запряженного крила, к седлу уже были привязаны сумки с припасами и дорожным скарбом.
— Ну, вот… — Гаул неопределенно развел руками. — Все готово.
— Спасибо, друг. Еще увидимся.
Гаул протянул ему увесистый кошель из толстой кожи.
— Деньги, — сказал он. — Тут много, должно хватить. Настоятель сказал, для тебя не жалеть.
— Это хорошо.
— Крил годный. Если что — задешево не отдавай.
— И за это спасибо. Ну… пора мне.
— Подожди…
Гаул отвернул воротник плаща и показал звезду магистра, прикрепленную к куртке.
— Без обид?
— Какие обиды? Все правильно. Аматис дал мне ее только для одного — чтобы меня приняли и выслушали в Академии. Я все сделал, моя работа окончена. Я же не настоящий магистр.
— Зато — настоящий солдат. Ну, прощай.
На дороге Влад придержал крила и в последний раз обернулся на поселение. Его почти не было видно из-за густых зарослей. Дымились печи, стучал топор.
Где-то там осталась Алика. Невыносимо хотелось развернуться, найти ее, обнять, сказать что-нибудь простое и хорошее. Влад остро чувствовал, что разговор их остался каким-то оборванным. Это нужно было исправить, но способ — только один. Выполнить обещание, найти Алику в Вантале. Как бы трудно это ни было.
Путь предстоял неблизкий, но не особенно тяжелый. День верхом, а там — станция Кольцевой дороги, которая, по слухам, благополучно функционировала. Дальше — без пересадок в Эльрувию, а уж до мыса Тан добраться будет несложно.
Главное, чтобы все это было не зря.
Студент, отдуваясь, ввалился в комнату, сбросил ботинки, затем отшвырнул в угол черный плащ с капюшоном. Ушел за шкаф, там какое-то время возился и наконец предстал перед Петровичем, Лури и Марго в обычном спортивном костюме и тапочках.
— Все, меня не кантовать! — он завалился в кресло, закурил, открыл бутылку пива.
— Вот так вроде и на человека стал похож, — заметил Петрович.
— Считайте, договорился, — сообщил Эдик. — Жить будете здесь, в библиотеке, любую комнату выбирайте. Рекомендую отдел музыкальной литературы. Там и места полно, и мебель красивая стоит для всяких творческих вечеров. И пианино даже.
— Слушай, ну ты и набрал барахла. — Марго окинула взглядом жилище Эдика, забитое разнообразными трофеями — компьютерами, оружием, посудой, упаковками пива и сигарет, одеждой, инструментами и приборами, видеотехникой и даже радиоуправляемыми игрушками.
Студент расположился в бывшем кабинете директора библиотеки — просторном, с большими окнами и уютным ковром на полу. Сюда же он притащил откуда-то и большую дорогую кровать.
— Это ты еще мой склад не видела, — ухмыльнулся студент. — Мародерствую помаленьку. А что — все может пригодиться. Я тут такие опыты ставлю, сам удивляюсь. Как тебе, например, этот вертолетик с камерой?
— Вертолетик здоровский. А душа тут нет случайно?
— Тут — нет. Водопровод-то не работает. На улице есть кабинка. Я сам сделал, типа как на даче, знаешь?
— Ну, хоть так…
— Слушай, гегемон, — Эдик сделал смачный затяжной глоток из бутылки, — ты так и не рассказал, что это за друзья с тобой были в лодке.
— Такие вот друзья, — пожал плечами Петрович. — Сторожевики из Дервейга. Вместе сюда и прибыли.
