Люди так устроены, что всегда хотят знать больше, чем им положено, и владеть тем, что, возможно, не для них и предназначено. А, значит, всегда найдутся те, кто им в этом поможет, но разумеется, не за просто так, а за соответствующее вознаграждение. Чем-то подобным и занимается Максим Чарушин, владелец агентства "Ключ". Ну, разве что с одной поправкой — среди его клиентов встречаются не только люди, а их пожелания иногда находятся аккурат где-то между человеческими законами и здравым смыслом.Впрочем, тот заказ, что был предложен Максу в один прекрасный день, поначалу показался ему не самым сложным, хотя и немного странным…
Среди моих знакомых хватает тех, кто то и дело раздраженно говорит: «Если бы не бизнес, то ноги бы моей в центре Москвы не было». В чем-то понять их можно — вечная духота, причем даже зимой, что противоестественно, толпы народу, бродящие по улицам в любое время дня и ночи, самокатчики, ставшие просто каким-то проклятием мегаполиса в последние годы, и, конечно же, непрерывный поток машин, едущих сначала откуда-то куда-то, а потом обратно.
Но вот меня все это, как ни странно, не смущает и не бесит. Мне по нраву вечно шумящий город, мне по душе его непрерывный ритм бытия. И когда я выбирал, куда именно будут выходить окна офиса, в тихий внутренний дворик или с видом на неумолчное Садовое кольцо, то остановился как раз на последнем варианте. Ну вот нравится мне смотреть на броуновское движение автотранспорта, которое даже ночью не прекращается. Оно меня умиротворяет, особенно тогда, когда приходится вести не очень приятные разговоры, навроде того, что происходит прямо сейчас.
— Рабих, мы договаривались о чем? — я бросил еще один взгляд на дорогу за окном и развернулся к посетителю, сидящему в гостевом кресле — Напомни мне, пожалуйста.
— Так это — невысокий мужчина лет сорока с восточными чертами лица наморщил лоб — Ты делаешь так, чтобы моя жена и дети тут жили. В Москве.
— Верно — кивнул я — Причем не на птичьих правах, не ожидая каждый момент, что вот-вот в ваш дом войдут суровые личности и скажут, что вам пора покинуть этот город и эту страну, нет. У тебя теперь есть бумага, которая защитит от многого и многих. Не всех, конечно, но речь о полной безопасности и не шла. Подобное стоит дорого. Больше того, что ты мне обещал.
— Это да. Это я понимаю — комкая в руках кепку, пробормотал мой собеседник.
— И хорошо, что понимаешь, Рабих— я сел в кресло, закинул ногу на ногу и сплел пальцы рук в «замок» — А вот мне кое-что непонятно. Например, почему ты так недорого ценишь данное тобой слово. Причем не только свое, но и досточтимого Газвана. Помнишь наш предыдущий разговор?
Молчит, сопит, смотрит в пол. Господи, всякий раз одно и то же. Нет, положительно надо заканчивать с оказанием подобных услуг. Почему я постоянно должен из этой публики выбивать то, что и без того мое?
— Это вопрос, Рабих— пояснил я — У нас принято на них отвечать. Так что, помнишь или нет?
— Помню — кивнул он.
— Хорошо — одобрил его слова я — Тогда было сказано, что тут не благотворительная организация и не фонд «Протяни руку ближнему», потому оплату я хочу получить до того, как будет оказана услуга. Ты же сказал, что документы сейчас очень нужны, гонорар же будет выплачен обязательно, но чуть позже, поскольку это связано с определенными логистическими проблемами.
— Такого не говорил — встрепенулся таджик — Другое было. Сказал, что муаллим Мансур пришлет то, что вам нужно, Максим-акоджон. Только чуть потом. Не сразу.
— Это одно и то же — пояснил я — И еще — какой я тебе старший брат, Рабих? Какой акоджон? Нет, все люди братья, конечно, но все же у нас другие отношения, не родственные, а деловые. И сейчас ты мой должник, что очень печально. Не для меня, для тебя. Я свое все равно заберу, поверь.
— Понимаю — снова пробубнил посетитель
— А вот сейчас ошибка выходит — с улыбкой опроверг его слова я — Ты думаешь, что мы сейчас поговорим и закончится все чем-то вроде: «даю тебе еще неделю»? Ну, а неделя — это долго. Опять же можно сменить место жительства, Москва город большой, пойди тебя после, найди. Так ты думаешь? Так, так, знаю. Только вот что скажу — я тебя даже искать не стану. Более того — ты прямо сейчас можешь отсюда идти.
— Уходить? — недоуменно переспросил Рабих— Можно?
— А смысл с тобой говорить? У тебя нет того, что было мне обещано, и будет ли вообще — неизвестно. Ну, а раз так, то за тебя заплатит поручитель, то есть Газван. Это же он тогда сказал: «Максим, помоги ему, он тебе заплатит, обещаю». Обещал — сделает. Сегодня вечером в его доме будет большой праздник, на который я, кстати, приглашен, так что вот там, прямо за столом, в присутствии родных и гостей, я и стребую с него твой долг. С днем рождения именинника поздравлю, а после скажу о том, что он всегда платит по счетам, даже если те не его. В такой ситуации не поюлишь, в ней последнюю рубашку снимешь и отдашь, лишь бы позора избежать. Понятно, что изначально обещанное я не получу, но меня устроит и что-нибудь попроще. Род Газвана древен и богат, думаю, найдется то, чем можно со мной расплатиться. Ну, а ты будешь после должен уже не мне, а ему. Сам понимаешь, после такого у твоего рода не то, что казан заберут, но и все любимые надгробия из земли повыковыривают. А там еще и остальные твои сородичи присоединятся со временем. Как проведают про то, что я из-за тебя больше с вашим братом дела иметь не стану — сразу же! У, какая веселуха начнется!
