Вас обратили в вампира? Не отчаивайтесь, вампиром тоже можно жить. Ахтунг! Это не романтическая мелодрама про Сумерки. Даже близко непохоже. Главное здесь развитие героя, а вампиры или какие другие сверхсущества — вообще вторично.
Уважаемые читатели!
Вспомнил некоторые критические замечания к своим предыдущим работам и решил, так сказать, договориться заранее, на берегу.
Прежде всего, в этой моей книге описывается совершенно другой мир, не наш, хоть временами и очень похожий. Страна там тоже вот совсем-совсем отличная, может даже не одноименная, поэтому все патриотически-критические комментарии в этом направлении следует оставить при себе. И вампиры в том мире тоже вполне могут отличаться от наших классических о них представлений.
В другом мире вполне возможны и отличия в обустройстве и работе общественного транспорта, больниц, уличного освещения, сроков выхода на пенсию. Ну, вы понимаете....
Ну, и в заключение классическое: любые совпадения с реальностью имен, названий, ситуаций, описанных в книге следует считать абсолютно случайными. Автор абсолютно не хотел ни на что покуситься и никого обидеть.
— Александр, привет! Выполнил я твой заказ, — это Костик Вахитов, мастер золотые руки, подошел ко мне на тренировке в тренажерном зале, чтобы порадовать быстрым исполнением моего заказа. — Ножны и накладки на рукоятку готовы, можно примерять.
— Сделал? Молодца! — Я поставил штангу на стойки и соскочил с наклонной скамьи. — Где? Показывай.
— В раздевалке оставил. А ты неужто свой этот режик всегда с собой носишь?
— Все строго по пословице: хорошо человеку, у которого есть кинжал и плохо тому, у которого кинжала в нужную минуту не окажется. Пойдем, сразу и примеряем обновки для моего ножа.
В раздевалке я достал из своего шкафчика свою сумку с поклажей, а Костик свою. У меня в сумке отыскался не кинжал, конечно, но вполне себе боевой ножик с блестящим, серебристым лезвием длиной в восемнадцать сантиметров, гардой, выполненной в виде перекладины католического креста и пластиной — основанием рукояти с двумя отверстиями, заканчивающейся навершием в виде женской головки. Глядя, на этот кусок блестящего металла, и не подумаешь, что вещь провела под землей неведомо сколько веков. Нож сей выкопал другой мой очень хороший знакомый, Серега Вязирев, вот уже несколько теплых сезонов подряд рывшийся в свое удовольствие в курганах Северного Причерноморья. Кстати, именно эта аномальная сохранность ножа и послужила поводом для Серегиного расстройства.
— Понимаешь, — плакался он мне, когда мы успели распить с ним по случаю его возвращения бутылочку сорокаградусной, — эта уникальная находка вообще не имеет никакой практической ценности. Мне просто никто не поверит, если я начну рассказывать, что нашел этот клинок в кургане сарматского вождя второго века до нашей эры.
— Это да, ножик в уникальной сохранности, — похвалил я находку, которую мой захмелевший товарищ выложил на стол в качестве подтверждения своих слов. Чисто машинально провел по лезвию указательным пальцем и… засунул его в рот, чтобы унять хлынувшую кровь.
— Вот про это я и говорю. У него даже заточка идеально сохранилась, словно время вообще над ним не властно. Только и делов, что деревянные накладки на рукоятке и ножны в труху рассыпались. Эх! А ведь мог спокойно минимум пару тысяч зелени огрести, будь на нем хоть немного коррозии. Кислотой его, что ли, полить, так ведь не поможет. Католический крест, как ту же сову, тоже ни на один глобус не натянешь. Не было христианства в те времена, когда сарматы этот чертов курган насыпали.
— Не надо кислотой. Давай я его у тебя выкуплю.
Вот так эта игрушка для настоящих мужчин и оказалась у меня в собственности. И денег, выложенных за нож, было совсем не жалко. Правда, Серега все же слупил с меня не две тысячи американских рублей, а поменьше. Ему и то за радость, хоть не зазря руки и спину надсаживал, а уж какая для меня радость…. До сих пор вон, все время с собой этот нож таскаю, сам не знаю зачем.
Но, возвращаясь к сегодняшнему дню. Костик споро прикрутил оказавшейся в его распоряжении отверткой накладки к рукоятке, посадив их на коротенькие винтики, шляпки которых были выполнены им вместе с гайками заподлицо к поверхности рукоятки. Намертво все закрепилось, словно изначально так и создавалось. Ножны тоже сели идеально. Вот ведь глазомер у товарища!
— Вот, зацени! — Похвастался Костик, как многие истинные мастера, чрезвычайно падкий на похвалу. — Я для этой работы настоящий самшит достать смог. Очень твердое дерево, которое очень медленно растет столетиями.
— Великолепно! — Не покривил душой я, хотя такая похвала и могла теоретически отразиться на конечной цене работы в большую сторону. — Лучшего и ожидать нельзя.
— А еще я антабки к ножнам приладил. Захочешь, сможешь ремешки продеть и постоянно на руке или ноге носить.
— Если ты еще и сами ремешки под стиль клинка сделал, заплачу вдвое от договоренного. — В принципе и без того о премии думал, очень качественно была выполнена работа, мне понравилось.
