А чего я хочу? Сбежать я хочу. Но очень рискованно. Надо успокоиться и все взвесить. Может быть, не рисковать? Устроить одному слишком ретивому принцу двести — триста лет домашнего ада. Но найду ли я сама радость и удовлетворение в мести? Точно нет.
Но единственный оставшийся путь очень пугал. Путь в неизвестность, причем неизвестность, которая страшнее честной смерти. Но в то же время, неизвестность — это не гибель. Возможно это шанс, мой последний и единственный шанс. Если получится вырваться из ловушки межпространства, я окажусь очень далеко от принцев. Может быть на другом континенте. Сильный маг нигде не пропадет! Наверное… А здесь проклятое замужество с этим очень упорным психом. Я представила, как принц Калин слюняво целует меня, а потом волокёт меня в постель… или в ящик…
И я решилась. Сдернула покрывало, лежащее на комоде, возле кровати, накинула себе на плечи. Зачем? Да кто же знает!? Но как то странно было сбегать совсем без вещей. И вдруг на этой мысли я увидела свой ридикюль, спокойно стоящий между креслами возле камина. Думаю это намек на то, что боги на моей стороне. Я схватила свой ридикюль, тонкое, но мягкое и теплое покрывало тоже не отбросила. Повесила его через сумку, покрепче вцепилась в вещи и открыла портал без конечных координат.
Я брела, преодолевая сопротивление серой массы. Не чувствуя своего тела, не понимая где верх, где низ. Попробовала дотронуться рукой до своего лица. Не было ни лица, ни руки. Но было ощущение тяжелого продавливания чего-то упруго сопротивляющегося. Я брела, проталкивая свое сознание куда — то вперед. Сознание… А где же мое тело? Неправильные мысли. Все что пугает — надо отбросить. Поздно пугаться, уже шагнув в запределье. Я стала представлять, как я тяжело взбираюсь на очень крутую и очень высокую скалу. Я одолею ее. И там, на вершине я обрету себя и увижу солнце. А серое ничто превратится в громады белоснежных облаков под ногами. А над головой раскинется глубокий и синий купол неба. Я взберусь так высоко, что звезды увидят меня и начнут шептаться обо мне друг с другом. А потом, смеясь, будут приветствовать меня яркими росчерками падающих метеоритов. И еще я услышу, как поет космос. И это будет самая прекрасная музыка на свете. Музыка, которую слушают сами боги. А теперь и я услышу.
Я с надеждой и новыми силами возобновила свой путь. Мелькали мысли. И красивые, и пугающие. Пугающие мысли я блокировала и продолжала продавливать серую массу. Обессиливание опять навалилось на меня. Появилась сильная тошнота. Как же так? Пронеслась возмущенная мысль. Тела нет, а тошнота есть. И еще появился шепот множества голосов, который добавлял дурноты. Шепот разносился вокруг и во мне. Голоса были на грани слышимости. Тихие-тихие голоса, отличающиеся друг от друга на полтона. Как будто кто-то невидимый шепотом напевал гаммы. Голоса спрашивали, а потом вроде отвечали сами себе. Сначала высоким мелодичным голосом, потом ниже и ниже. И я поневоле вслушивалась в этот шепот. Может это и есть шепот звезд? И в какой-то момент мое оглушенное состояние изменилось. Я стала различать слова и, наконец-то, стала понимать их смысл.
Идет?…идет…идет…
Кто?…кто?…кто… Это…это…это…
Куда?.. куда?.. куда…
Зачем?.. зачем?… зачем…
Молчит…молчит…молчит…
Последняя фраза явно обо мне. А я так устала и, кажется, уже навсегда растворилась в серой мути, в своих страхах, в этом странном шёпоте, звучащем отовсюду и одновременно во мне. И я начала отвечать в том же странном ритме.
Бегу…бегу…бегу…
Подальше…дальше…дальше…
К людям…людям…людям…
И меня услышали и поняли.
Помочь?…помочь?…помочь…
Помоги…помоги…помоги…
Я брела по улице, прижимая к себе сумку и покрывало. Вокруг все гремело, шумело. Воздух был пыльный и не вкусный. Людей много. И что-то постоянно проносилось мимо меня с левой стороны.
Я наконец-то окончательно пришла в себя. У меня получилось. Я где то очень, очень далеко от принцев. Остановилась и огляделась, потом поспешила отойти к стене огромного дома. Потому что стояла я на большой, оживленной улице, мимо меня спешили люди и механизмы. Я умудрилась сбежать не только от принца, я сбежала от своего мира. Куда-то невообразимо далеко. И сейчас хлопала глазами, где-то на чужой улице в чужом городе, в чужом обществе, на чужой планете. Потому что то, что я видела, не могло принадлежать моему миру.
