Но где же Марианна? Почему она еще не встретилась ему? Объятый желанием, он раскинул руки ей навстречу.
Мимо проехал солдат на велосипеде. Он выпрямился в седле, повернув голову к Бертраму в знак приветствия. Вид у того был довольно комичный. Застыдившись, Бертрам опустил руки.
Там, где к главной улице примыкала лесная тропка, он помедлил. Прошел еще несколько шагов по аллее, потом решил, что Марианна может пройти лесом, тогда он свернул на песчаную тропу, петлявшую среди молодых сосенок и темных зарослей можжевельника.
Я не имею права ее упустить, сказал он себе. Он чувствовал, что, если сейчас ее встретит, у него достанет силы на все, что угодно.
Он раздвинул ветви кустов, теснившихся вдоль дороги, и стал озираться в поисках Марианны. Но так же внезапно, как проснувшееся в нем желание, у него вдруг возникла уверенность, что он не встретится с нею. Силы оставили его. Ему показалось, что из кончиков пальцев на землю сочится кровь. Чтобы ощутить хоть что-то живое он прислонился к дереву. И вскоре уже его руки гладили кору, обрывали с нее пергаментно-тонкие слои и бросали на землю.
И он усомнился в себе и в силе своих чувств.
Наконец явился Хебештрайт и сообщил, что инженер уже ушел, а на месте только техник-строитель.
— А это что еще за зверь? — спросил Йост, но Хебештрайт тоже не знал, что это такое.
— Да, у гражданских много чего неясного, — пожаловался он с неодобрением, а Йост приказал на всякий случай все же прислать к нему этого малого. Уже смеркалось, когда Хебештрайт привел к Йосту техника-строителя.
— Хайль Гитлер! — воскликнул тот еще в дверях.
Йост не ответил. Он стоял у окна и видел лишь фигуру вошедшего, она показалась ему знакомой. Узкие бедра, широкие плечи, какой-то вопросительный наклон головы — все это было ему знакомо.
Когда он подошел ближе широким, уверенным шагом, догадки Йоста подтвердились.
— Зажгите свет, Хебештрайт! — распорядился он. И спокойно глянул в лицо Хайна Зоммерванда. — Так это вы, значит, техник-строитель! — сказал Йост. — А я еще только что спрашивал фельдфебеля, что это за зверь.
— Ни рыба ни мясо, господин майор! — прозвучало в ответ.
Хайн Зоммерванд был в синем комбинезоне. Его светло-рыжие волосы светились, когда он наклонял голову.
Йост думал — постольку поскольку он вообще думал о Зоммерванде, — что они ровесники.
А сейчас он со злостью увидел, что Хайн много моложе, хотя его загорелое лицо было все в морщинах. Беспокойный малый, подумал Йост, решая, как ему вести себя с ним. Что он, собственно, такое? Как мне его приветствовать? Сам он о себе сказал — ни рыба ни мясо. И руки у него как у рабочего.
— Итак, вы значит, техник-строитель? — немного помедлив, повторил Йост. — Давненько мы с вами не видались.
Ему было неприятно говорить об этом давнем знакомстве, неприятно даже вспоминать о временах, когда такое знакомство было возможно.
— Двенадцать лет, господин майор! — Хайн произнес это так, словно хотел сказать: целую вечность.
Ему было ясно, что Йосту он в тягость. И он понимал, что Йост может быть для него опасен. И потому Хайн подкрепил свои слова жестом, явственно говорившим, что он, Хайн, прекрасно понимает: они больше не соседи но квартире, что новая общность провела резкую границу между их общественным положением, пропасть, через которую не перекинешь мост.
— Двенадцать лет! — с довольным, хотя и несколько удивленным видом констатировал Йост. Долгонько! И все-таки, хоть и прошло двенадцать лет, он подумал: это любовник Марианны, он был с ней еще до меня.
Появление Хайна Зоммерванда было ему весьма некстати, ибо вместе с ним перед майором опять ожила та общественная путаница послевоенных времен, которая, несмотря на все усилия ее преодолеть, жива до сих пор.
Они смотрели друг на друга и улыбались.
Йост сказал задумчиво:
— Вы так неожиданно исчезли тогда. И больше о вас не было ни слуху ни духу…
Хайн понял. Это значило: берегись!
Ответ не заставил себя ждать:
— А я о вас, господин майор, сколько раз читал… Ваши рекорды, ваши аварии, все это было в газетах. И фотографии ваши часто видел. Была там одна: вы с женой, — он выдержал паузу, — с Марианной.
И Йост не сомневался, что это должно значить.
Он заговорил о работах на точке взлета второй эскадрильи. Хайн объяснил, почему их нельзя ускорить. Его технические термины повергли майора в смущение. Руки у него как у рабочего, еще раз отметил Йост. А ведь Марианна давно меня ждет, вспомнил он, вслушиваясь в спокойный голос Зоммерванда. В общем-то ему нравился этот человек, и на прощание он подал ему руку. И чуть не спросил, не передать ли привет Марианне.
— Хайль Гитлер, господин майор! — сказал Зоммерванд.
— До свидания! — ответил Йост.
Он встретил Марианну на перекрестке дорог, так как она тоже опоздала из-за чаепития с майоршей Шрайфогель и супругой капитана Штайнфельда.
Лучше я ничего не скажу ей, решил Йост, когда она взяла его под руку. Он смотрел на нее со стороны, и она нравилась ему. Она выглядела совсем молодой в своем плаще с капюшоном. Лицо ее светилось довольством и радостью.
Когда они свернули на лесную дорогу, она сказала:
