Лейтенант полностью

– В точку! В саму дырочку! Почетные, етить их в башню, спермодоноры. Отдаем наших жеребцов в лизинг, взамен получаем таких же спесивых мудаков. Ручки – что спички, тяжелее девчачьей сиськи ничего в лапках не держали. Плечики – как у котенка, а глаза – гордо в потолок. Элита, епта! Я и к вам-то смог выбраться исключительно под предлогом поиска свежей крови. Сверкание боя на орбите не заметил бы только слепой. Вот и наше сонное начальство отвлеклось от дележа содержимого складов флотского резерва и задумалось – а вдруг кто-то выжил в стерильной атмосфере боевых кораблей? Неюзанный геном – это ж ништяк, размером с эсминец! Так что, ребята, готовьтесь к рукоблудию. Родина требует подвига – с каждого по литровой пробирке сметаны!

Кил отшатнулся и изумленно вскинул брови:

– Дед, ты офонарел?!

– Не сцы, салага! От тебя не убудет!

– Бумц!

Лейтенант Овсяникофф не успел покровительственно похлопать Кила по плечу. Кулак жилистого и быстрого как мангуст штурмовика четко вошел ему в бороду.

Нокаутирующий удар деда не свалил. Тело лейта колыхнулось, гася импульс и резонируя мелкой рябью – словно его плоть была отлита из баллистического геля.

– Алерт!!!

Тревожная вспышка импланта, вой сирены под потолком, лязг оружия – все смешалось в рвущем нервы хаосе.

– Технологии Роя! Потенциальный клон-диверсант-разведчик Роя! Захватить-уничтожить-нейтрализовать!

Приказы и тактические маркеры сыпались глиф-картами, различаясь расцветкой, яркостью и вибрацией.

Любой ценой ♦ Жизненно Важно ♦ Приоритетно ♦ По возможности ♦ По желанию…

Разоблаченный дед шарахнулся назад и выставил перед собой руку, вокруг которой тут же развернулась полусфера силового щита. Второй рукой он рванул из-за спины меч, чей клинок затрепетал лепестками жидкого металла. Страшное оружие…

Плазма врезалась в щит, вихрь волнистых лезвий перехватил первые потоки кинетических боллов, а громогласный голос деда рванул перегруженные перепонки:

– Отставить! Не стрелять! Прошу переговоров!

Новый Рим. Тюрьма СБ. Сектор особого содержания.

В надежном захвате силового кокона покоился препарированный обрубок человека. Собственно, «человеком» это назвать было трудно. Конечности, таз и брюшина отсутствовали полностью, а бронированная грудная клетка вскрыта медицинским лазером.

Над разведенными в стороны пластинами псевдоребер шустро порхал автодок, подчищая операционное пространство и время от времени уступая его хак-серву.

Крошечный дрон работал с не меньшей грацией. Он ювелирно врезался в оптоволоконную проводку, тестировал модули, извлекал из тела ки-мода опасные сюрпризы и бережно выщелкивал из зажимов кристаллы многочисленных процессоров. Распотрошенный пленник все меньше походил на человека, а тюремная камера все больше напоминала лабораторию ученого-мясника.

Толстая экранированная дверь отъехала в сторону, пропуская в помещение фигуру в темном плаще. Не осматриваясь по сторонам, гость подошел к медицинскому саркофагу и на минуту замер у тела. Наблюдение за работой механизмов не принесло ожидаемого облегчения. Раздраженно плюнув в операционное поле, он резко скинул плащ и уперся взглядом в бледное лицо заключенного.

– Романофф!!! Слышишь меня, сукин ты сын?!

Ки-мод не ответил, оставаясь все таким же безучастным ко всему. К неожиданному захвату, к затянувшейся пытке, к непрекращающейся брут-форс-атаке многострадального мозга…