Бросив короткий взгляд на призывно мигающий огнями боевой пульт, старшина принялся медленно и неуклюже подниматься на ноги. Лохмотья его почерневших губ шевелились, глухой сип с трудом складывался в слова.
– Сейчас… сейчас… потерпите еще немного… иначе сдохну…
Доковыляв до алой, фосфоресцирующей панели на стене, Пологов ударил кулаком по крупной кнопке с соответствующей пиктограммой. Пришло время воспользоваться столь тщательно сберегаемым аварийным комплектом.
Щиток спас-бокса рухнул вниз – никакой электроники, сплошная механика – открывая доступ к драгоценному содержимому.
По лицу старшины вновь побежали морщины-трещины. Болезненные, сочащиеся кровью и шевелящимися микроростками… Глядя на этот ужас, мало кто бы смог догадаться – человек счастливо улыбается.
Высохшая, практически мумифицировавшаяся рука метнулась в глубь ячейки. Первая добыча – увесистый прямоугольник автодока. Ухватить, прижать к бедру, дождаться самофиксации и замереть – в священном блаженстве!
Умная аптечка в панике заверещала, ужасаясь состоянию пациента и спешно фаршируя его иглами. А застывший человек – щурился подслеповатыми бельмами и улыбался…
Двадцать три секунды – время полного круга кровообращения. Реактивные препараты экстренной медицины добрались до самых отдаленных участков организма. Модифицированные антитела сцепились в яростной схватке с биоспорами. Универсальные стволовые клетки занялись восстановлением критически изношенных органов. Ну а дорогущие активные наниты вырабатывали коллективное решение по схеме ремонта унтер-офицерского импланта.
Тридцать одна секунда – и статус-маркер расходников автодока завершил свой жизненный цикл.
Аптечка пуста – в полукоматозное тело влили все, вплоть до последнего концентрата витаминного коктейля.
Комендор вновь открыл глаза. На этот раз взгляд был другим – в нем появился живой блеск и целый спектр отраженных эмоций. Настойчиво ползущий к старшине мох замер, распушил кисточки редких соцветий – словно прислушиваясь к чему-то, а затем торопливо пополз назад, стремясь укрыться в щелях изуродованной рубки.
Поздно…
Рука гвардейца вновь метнулась в глубь бокса, где в строгом порядке покоились драгоценные ништяки. Вбитые еще в учебке рефлексы не подвели – правильный и единственно возможный захват – легко освободил из креплений многофункциональный фростер «ДМ-8».
Бонус аварийного комплекта – оружие не залочено на конкретного пользователя – бери и стреляй!
Палец старшины сдвигает флажок рабочего режима в крайнее положение:
–
Неторопливый разворот всем корпусом к панически улепетывающему мху. Канонир вскидывает фростер, глядит на растение сквозь прицельную рамку и вновь улыбается. Мох смешон – торопливо поглощает миллиметры, словно загнанная улитка с выпученными от ужаса глазами.
– И месть придет… – Пологов давит на гашетку, мгновенно превращая рубку в филиал Арктики.
Шоковая заморозка убивает все живое. Стены покрываются ледяной коркой, а влажный воздух наполняется хлопьями снега. Биосфера крейсера к таким условиям не приспособлена. Внутренний микроклимат корабля ближе к азиатским джунглям – горячим и влажным.
Попавший под выхлоп мох – корчится, хрустит и застывает нелепым ковром. Витающие вокруг споры выпадают потрескавшимися льдинками – замерзшая влага разрывает внутреннюю структуру растений.
Двенадцать секунд воздействия. Заряд батареи просел на шесть процентов, температура в рубке упала до минусовой.
Старшина убрал палец с гашетки и отложил оружие в сторону. Торопливо сорвал с себя остатки прогнившей одежды, с сожалением покосился на дальнюю стену рубки. Где-то там, среди скрученного давним взрывом железа, должна находиться гигиеническая кабина…
Пологов вновь запустил свои жадные руки в спасбокс. Многократное нажатие на кнопку дозатора аварийного рациона, и на ладонь упали четыре крупные пилюли. Каждая – семьсот полноценных килокалорий. Еда могла бы подождать, но потерять от голодухи сознание – никак нельзя!
Рев тревожного пульта стал все настойчивей. Монотонное попискивание дальномера все ускоряло свой бег – дистанция до неизвестной цели сокращалась.
– Сейчас, сейчас… – Старшина торопился, долг и инстинкт самосохранения схлестнулись в отчаянной схватке.
Канонир выхватил из бокса широкий пояс армейского спас-скафа. Повезло – шкафчик в офицерской комплектации – аварийные наборы для рядового состава значительно беднее.
Силовой скафандр штука сложная и тупо дорогая – гражданские аналоги начинаются от суммы в шестьдесят тысяч рублей. Гениальное творение физиков и математиков: тонкое кружево полей и запредельная плотность накопительных элементов.
