Я стала заниматься теми, у кого не было шансов. Все были молодые, всем бы жить да жить. Моя «сострадательная» магия жизни работала на полную катушку, после того как я устраняла опасность для жизни, Зина с Руинат увозили пациентов лекарям. Мне кажется, все видели что то, что я делаю не совсем похоже на лекарскую магию, но все молчали.
Так продолжалось почти целый день. Потом в госпиталь приехал дер-коммандер Фарер и скорбно сообщил, что если из столицы не пришлют подкрепление, то придётся эвакуироваться.
Лекарь Сайен возразил, что нам нужны хотя б сутки, чтобы всех подготовить, многим только что сделали операции, и лекари работали всю ночь, сил не хватит всех поддержать.
— Вы поймите, — восклицал лекарь Сайен, —многие просто не переживут!
А Фарер возразил:
— А если в город войдут мельдорцы, то они убьют всех военных и не посмотрят раненые они или нет.
Я спросила:
— А мирное население? Как нам быть? У меня семья.
Фарер виновато посмотрел на меня:
— Пока эвакуируем только военных.
Я отпросилась из госпиталя, если мельдорцы войдут в город, я должна быть рядом с сыном.
— Иди, Лия, — сказал лекарь Сайен, — мы здесь сами справимся. Спасибо тебе за помощь.
Но эвакуировать никого не пришлось.
Я уже подъезжала к дому, как вдруг небо потемнело, я подняла голову и увидела, что в небе летят драконы.
Огромные, опасные, размахивающие кожистыми крыльями, сверкающие в свете заходящего солнца, они пролетели над городом в сторону гор и границы с Мельдором.
Нам не было видно, что там происходит, но грохот стоял такой, словно они решили обрушить горы. Чёрный дым поднимался со стороны границы.
А с утра меня срочно вызвали в госпиталь.
А с утра меня вызвали в госпиталь.
Было страшно ехать по улицам города, улицы были пустые, кое-где нам попадались военные патрули, периодически над нами пролетали драконы.
Нират, поглядывая в небо, сказал:
— Очень необычно, что драконы так долго находятся в небе.Я тоже знала про драконов, что у ариферма было ограничение по времени, иначе потом можно было получить необратимые проблемы со здоровьем. А здесь получается, что они летали практически всю ночь, да ещё и с утра шло патрулирование территории в небе.
— Действительно, — согласилась я с Ниратом, — весьма необычно.
А в госпитале я узнала новости. Оказывается, это было новое подразделение во главе с генералом Каэнарром. Когда Рено Сайен рассказывал, он смотрел на меня глазами, в которых застыло удивление:
— Вы представляете, Лия, целое подразделение полностью проявленных драконов!Лекарь просто захлёбывался от восторга, когда вооскоицал:
— Им не нужен ариферм! Мы же никогда не считали, сколько таких пар, в которых есть полностью проявленные драконы. Но они есть! И генерал Каэнарр нашёл их и собрал.
Несколько успокоившись, лекарь Сайен добавил:
— Всё-таки он великий военачальник. И вовремя, как раз, когда Мельдор совершил своё подлое нападение, они пришли нам на помощь.
У меня внутри зародилось нехорошее предчувствие, почему именно меня вызвали? Я, конечно, сразу задала этот вопрос.
Лекарь Сайен хлопнул себя по лбу:
— Ох, Лия, прости старого дурака! Так хотелось тебе рассказать эту потрясающую новость, что забыл сказать — зачем. В общем, ситуация такая, наши взяли в плен принца Мельдора, который и возглавлял это нападение. Но, сама понимаешь, принц без боя не сдавался, и теперь он очень серьёзно ранен. Ни я, ни кто другой, мы не сможем ему помочь. Только ты.Я поняла, что лекарь Сайен имел в виду мою «сострадательную» магию, не лекарскую
Он вздохнул и добавил:
— Ну понимаешь, мы всё-таки хотим закончить эту войну. Подписывать договор в обмен на живого принца гораздо удобнее, чем в обмен на мёртвого. Его принёс сам генерал Каэнарр.— Генерал здесь? — я начала оглядываться.
— Он в Сартаисе, — ответил Сайен. — Но сейчас руководит зачисткой тех районов, которые были захвачены мельдорцами. Там очень много пограничных гарнизонов попали под их вторжение. Но он сюда обязательно вернётся. Он заинтересован в жизни принца как никто.
— Ты же сможешь ему помочь? — спросил лекарь Сайен
— Конечно, сделаю всё возможное— сказала я. — Пойдёмте посмотрим.
Я быстро переоделась и прошла в палату, где находился принц.
Принц Мельдора был красив, правда это была совсем другая красота, чем у Каэнарра. У генерала была хищная, мрачная, брутальная красота, а принц больше походил на ангела: длинные белые волосы, сейчас свалявшиеся и слипшиеся от крови, тонкие черты лица. Я обратила внимание на его руки, у него были длинные пальцы, похожие на руки пианиста или хирурга. Но при всём при этом принц обладал атлетическим телосложением. Он не смотрелся хрупким, и, как и все драконорождённые, был большого роста. Сейчас его мощная грудь тяжело вздымалась, дыхание хрипло вырывалось из лёгких, а на губах пузырилась пена. Из этого я сделала вывод, что лёгкие тоже пробиты.
Магия моя молчала, и мне нужно было найти в принце что-то, что могло вызвать сострадание. Я представила, что у него тоже есть мать, которая вот так же, как я своего сына, его рожала в муках, смотрела за тем, как он растёт.