Сложная ситуация. Я могу его сейчас заставить провести занятие с помощью своей психологической магии. Но этого ведь хватит только на одну пару! А дальше что, каждый раз такое проворачивать и заставлять человека преподавать против его воли?
Воззвать его к совести тоже не получается. Остаётся один вариант. Но перед этим всё-таки дам ему последний шанс.
— Леонид Трофимович, если вы не измените своё отношение, то мне придётся принять меры, — спокойно произнёс я. — Я найду способ сделать это и без коллективной жалобы. Заболевания пищеварительной системы — это очень важный цикл. Нам нужно его качественно изучать, чтобы стать хорошими профессионалами в своей области.
— Николай, да что вы к нему пристали? — возмутился один из друзей Елисеева. Как раз один из тех оболтусов, непонятно как учащихся в нашей академии. Кажется, у него были проблемы во время наших пересдач по гистологии и анатомии. — Тему вполне можно прочитать и в учебнике, там всё то же самое.
— Вот видите, — перевёл на меня усталый взгляд Леонид Трофимович. — Давайте не будем усложнять друг другу жизнь, и всем станет лучше. Господа, если вы уже прочитали — можете быть свободны. Вы молоды, и у вас наверняка есть куча дел помимо этого цикла.
Часть однокурсников довольно загудела и тут же начала собираться. Другие были в замешательстве, однако тоже нерешительно принялись за сбор своих вещей.
По-хорошему не получилось. Что ж, тогда придётся воплотить в жизнь мой план. Я быстро подошёл к Владимиру и попросил собрать всех в столовой для собрания. Он сделает это с лёгкостью.
Через пятнадцать минут все уже были в столовой, в ожидании моей речи.
— Господа, — начал я. — У меня есть способ добиться для нас хорошего преподавателя и адекватного цикла по заболеваниям пищеварительной системы. И я собираюсь это сделать. Но решил предупредить вас, так будет правильнее.
— Если вы уже всё решили, то зачем нам это говорить? — возмущённо сказал один из однокурсников. — Но с таким решением, я думаю, нужно добиться согласия всех студентов.
— А что тут думать, Николай прав, — тут же произнёс Рудаков. — Мы учимся на лекарей, это не такая профессия, чтобы можно было халявить на парах! Как нам без знаний о заболеваниях пищеварительной системы лечить людей⁈
Однокурсники загудели, принявшись горячо спорить. Каждый хотел высказать свою точку зрения. К общему согласию так никто не придёт.
— Тихо! — прикрикнул я. — Не превращайте всё в уличный торговый рынок. Я всегда за справедливость. Поэтому, чтобы всех всё устроило, мы проведём голосование.
Незаменимый Владимир быстро подготовил небольшие листы бумаги и раздал каждому.
— Пишите знак плюса — если согласны, и минус — если против, — распорядился я. — Давайте побыстрее, а то так до вечера провозимся.
Все тут же принялись писать своё решение, пряча листы друг от друга. Затем все отдали их мне, и я принялся за подсчёт голосов.
— Итого, двадцать три голоса «за» и четырнадцать «против», — озвучил я. — Думаю, теперь все довольны. Решение принято большинством, так что я сделаю задуманное.
Возражений больше не последовало, всё-таки победило честное голосование. Поэтому я сразу же отправился к ректору.
— Николай, добрый день, — радостно поприветствовал меня он. — Вы, наверное, пришли узнать детали о ежегодной конференции, куда в этом году вы отправитесь?
Вообще не за этим, но это тоже было бы неплохо узнать. Ректор говорил, что она пройдёт в середине ноября, значит, уже на следующей неделе.
— Это тоже, — кивнул я. — Но вообще я к вам по другой причине. Мне нужно обсудить с вами стиль преподавания нашего нового учителя по заболеваниям пищеварительной системы, Шереметева Леонида Трофимовича.
— А что не так? — тут же посерьёзнел ректор.
Я знал, что к моим словам он точно прислушается. Уже не раз помогал академии со сложными ситуациями и смог добиться уважения нашего ректора. Поэтому и решил прийти к нему с новой проблемой.
— Он абсолютно не преподаёт, — спокойно объяснил я. — И открыто признаёт, что преподавание ему неинтересно. Лишь занимает это место для получения учёной степени.
— Ох, этого я и боялся, — вздохнул ректор. — Этот новый преподаватель до этого нигде не преподавал. Учился в лекарской академии в другом городе, то ли Саратов, то ли Воронеж… И его нам настойчиво порекомендовало Министерство магического образования.
Я понял, к чему он клонит. Скорее всего, Леонид Трофимович — чей-то родственник или очень хороший знакомый. И так просто его не уволить.
— Я вам верю, вы не подумайте, — поспешно добавил ректор. — Просто сомневаюсь, что смогу как-то решить эту проблему. Увы, некоторые законы нашего мира нам неподвластны.
— Я понял, — спокойно кивнул я. — Тогда перейдём ко второй теме, расскажите про конференцию.
С Леонидом Трофимовичем придётся разбираться с помощью моего запасного плана. Всё-таки придётся задействовать психологическую магию, только использовать не гипноз.
