— Вы задержаны по подозрению в нарушении Устава Гильдии Целителей и несанкционированном использовании запрещенных магических веществ, — без тени эмоций произнес второй, помоложе, но с таким же холодным взглядом. — Пройдемте с нами. Для дальнейших разбирательств.
Шаповалов, который еще секунду назад чуть ли не лез по-отечески обниматься, тут же перестал улыбаться и удивленно уставился на незваных гостей.
— Простите, господа, а вы, собственно, кто такие будете? — его голос прозвучал на удивление спокойно, но в нем чувствовались стальные нотки. — И что вам угодно в моем отделении? У нас тут больница, а не проходной двор.
— Мастер-Целитель Шаповалов Игорь Степанович, — тот, что был повыше и постарше, с проседью на висках и глазами цвета замерзшего озера, даже не удостоил его вопросом. Это была констатация факта. — Я — Старший Инквизитор Гильдии Целителей, Глеб Арсеньевич Воронцов. А это, — он кивнул на своего молчаливого спутника, помоложе, но с таким же неприятным, цепким взглядом, — мой помощник, Инквизитор третьего ранга, Захар Макарович Пыльнов. Мы здесь по очень важному и неотложному делу.
— Опаньки! А вот это уже не просто попадос, двуногий! Это полный и безоговорочный капец! — Фырк, который до этого с интересом разглядывал костюмы незваных гостей, испуганно пискнул у меня в голове и забился куда-то под воротник моей куртки. — Инквизиторы Гильдии! Да это же хуже, чем налоговая проверка и визит тещи вместе взятые! Что же ты такого натворил, а? Уж не тетю Валю ли ты своим диагнозом до инфаркта довел?
— Нет, из-за этого так быстро сработать не могли, — мысленно ответил ему я. — Да и с ней все в порядке, я уверен. Она — кремень.
Сам я, если честно, тоже немного напрягся. Инквизиторы Гильдии Целителей — это звучало не очень-то дружелюбно. Я, конечно, ничего противозаконного не делал, но кто их знает, этих гильдейских чинуш. У них там свои тараканы в голове, и логика их действий не всегда поддается пониманию простых смертных адептов.
— Простите, господа инквизиторы, — я постарался, чтобы мой голос звучал как можно более спокойно и уважительно, хотя сердце почему-то забилось немного чаще. — А в чем, собственно, меня обвиняют? И на каком основании вы собираетесь меня задерживать?
Младший инквизитор, Захар Макарович Пыльнов, до этого стоявший молчаливой тенью своего начальника, сделал едва заметный шаг вперед. Его голос был сухим и лишенным всяких эмоций, как скрип несмазанной телеги.
— Адепт Илья Разумовский, вам предъявляется обвинение в неоднократном нарушении Устава Гильдии Целителей. Конкретно — в применении несанкционированных методов диагностики, выходящих за рамки вашей компетенции.
Старший Инквизитор Воронцов медленно перевел на меня свой ледяной взгляд, давая словам помощника набрать вес.
— А также, — его голос был ровным и отчеканенным, будто он зачитывал приговор, — в использовании потенциально опасных целительских практик, не соответствующих вашему текущему рангу и официальной квалификации. С полным списком инкриминируемых вам деяний и сопутствующими материалами дела вы сможете ознакомиться в Особом Отделе Расследований Гильдии. А сейчас, адепт Разумовский, я бы настоятельно рекомендовал вам не оказывать никакого сопротивления и добровольно проследовать с нами. Любые попытки воспрепятствовать законным действиям инквизиторов Гильдии только усугубят ваше и без того весьма незавидное положение.
Я только пожал плечами. Ну что ж, раз надо, значит надо. Сопротивляться этим двум амбалам в строгих костюмах было бы глупо, да и бессмысленно. Уверен, у них там и магические артефакты для усмирения буйных имеются, и физической силушки хватит, чтобы скрутить меня в бараний рог.
Про себя я лихорадочно перебирал в уме все свои недавние подвиги.
Что именно могло привлечь внимание Гильдии? Мои нестандартные диагнозы? Спасение Сеньки Ветрова? Или Петренко? Вряд ли.
Это все были мелочи, которые никак не тянули на запрещенные магические практики. Не складывалось у меня все это. Очень не складывалось. Что-то здесь было не так.
— Постойте, господин Воронцов! — Шаповалов, который до этого молча и с нескрываемым удивлением наблюдал за этой сценой, наконец-то пришел в себя. Он шагнул вперед, загораживая меня от инквизиторов. — Я не знаю, что здесь происходит и в чем конкретно вы обвиняете моего сотрудника. Но я, как Мастер-Целитель и заведующий этим отделением, могу за него поручиться! Адепт Разумовский — исключительно талантливый и перспективный молодой лекарь! Это какая-то чудовищная ошибка!
Старший Инквизитор Воронцов медленно перевел свой ледяной взгляд на Шаповалова. Его губы тронула едва заметная, неприятная усмешка.
