— Мне будет приятна твоя компания, и тебе хорошо бы выбраться подышать свежим воздухом. Скажи, что пойдешь со мной.
Селия кивнула.
— Вот это ты проголодалась, девочка, — сказала Дженни, убирая пустую тарелку Селии.
— Спасибо. Было очень вкусно.
— Дженни, мы собираемся в «Мир шитья». Не хочешь с нами?
— Когда это я не хотела? К сожалению, в ближайшие пару часов должны приехать постояльцы, и мне нужно быть здесь, чтобы заселить их.
— Вам нужна комната, в которой я остановилась? — спросила Селия. Она надеялась, что сможет остаться еще на одну ночь, но понимала, что не стоит ожидать слишком многого.
— Нет, все в порядке. Перл попросила, чтобы ты осталась, пока она не уедет, и меня это устраивает.
Селия подумала, когда же уезжает Перл, но не посмела спросить.
— Идем, Селия. Посмотрим на лоскутные одеяла.
На Мэйн-стрит было больше народа, чем прошлым вечером. Легковушки и грузовики ехали по узкой улице почти непрерывным потоком. Несколько человек болтали на тротуаре перед «Мороженым Би-Джея», наслаждаясь теплой погодой. «Мир шитья» располагался на углу, примерно через четыре дома от пансиона. Четыре окна на фасаде магазина украшали цветы, нарисованные городскими школьниками, под каждым цветком было написано имя и класс. Больше всего Селии понравилась розовая маргаритка с подписью «Камми Б., 3 класс». Когда они вошли, у них над головой звякнул колокольчик.
Никогда до этого Селия не бывала в подобном месте. На стенах висели яркие разноцветные лоскутные одеяла. Некоторые были сшиты из произвольных кусочков, некоторые с затейливой аппликацией, а некоторые больше походили на произведение искусства и изображали полевые цветы или реки. Она остановилась перед одним из таких, которое выглядело почти как картина. Позади цветочного луга стояли три горы с заснеженными вершинами.
— Красиво, правда? — сказала какая-то женщина, и Селия кивнула. — Если вы выйдете на улицу и перейдете дорогу, то увидите вдалеке эти три горы. Они называются Три сестры.
— Как город, — сказала Селия.
— Да. Город назвали в их честь. Они как три сестры, присматривающие за нами. Мы зовем их Вера, Надежда и Сострадание. Обязательно взгляните на них, когда будете уходить. Это одеяло сделала Бенева Клайд. Она выиграла несколько наград на Фестивале лоскутного шитья в Систерс. Думаю, это одна из лучших ее работ.
— А, вы познакомились, — сказала Перл, подходя к женщине и Селии.
Селия внимательнее присмотрелась к седой женщине, которая беседовала с ней. У нее было приятное лицо.
— Не совсем, — сказала женщина. — Я немного рассказала ей про это одеяло.
— Тогда мне следует представить вас друг другу. Селия, это Нэнси. Это она вчера забрала твой чемодан на автобусной остановке. Она тетя Сайласа.
— Спасибо вам, — сказала Селия. — За то, что забрали мой чемодан.
— Конечно. Ничего сложного.
Селии понравился голос Нэнси, ласковый и дружелюбный.
— Нэнси работает здесь несколько дней в неделю.
— Мне давно следовало уйти на пенсию, но мне нравятся дополнительные привилегии. Я получаю скидку на ткань и первая пробую все новые схемы. И самое лучшее, я помогаю с выставкой лоскутных одеял. Это моя любимая неделя в году.
— Можешь несколько минут осмотреться вокруг, Селия? Нам с Нэнси нужно поговорить.
Селия не заметила замешательства на лице Нэнси.
Для Селии магазин больше походил на музей. Так много узоров и цветов. Она задела рукой рулоны ткани и остановилась потрогать толстые мотки пряжи. Там стояли три круглые стойки с поздравительными открытками, но не такими, которые Селия видела в продуктовых магазинах. Здесь были красивые забавные картинки с непроизносимыми иностранными именами на обороте. Селия прошлась по отделу с художественными принадлежностями, думая о том, каково это — иметь талант к рисованию.
А потом она остановилась и посмотрела на противоположную стену. Как она пропустила лоскутное одеяло с солнцем, висевшее над рулонами желтой ткани? Центр был цвета желтого школьного автобуса, а каждый луч, выходивший из центра, состоял из лоскутков с разным узором. Улыбаясь, Селия прошла через магазин и внимательнее вгляделась в одеяло. В конце прохода стояла корзина со схемой.
Единственное, что когда-либо шила Селия, это наволочка в школе. Получилось уродливо, потому что Джина, ее приемная мать в то время, отказалась тратить деньги на ткань для чего-то, что скорее всего все равно не получится. В то утро, когда она должна была принеси ткань в школу, Джина достала выцветшую пеленку, которая много лет лежала в шкафу. Ткань была жесткой, с рисунком из красных и синих гоночных машинок. «Ты, наверное, шьешь наволочку для своего брата», — сказала учительница, когда подошла, чтобы посмотреть на работу Селии. Селия повернулась спиной к учительнице, чтобы та не видела ее слез. У нее не было брата. У нее не было никого.
— Ну разве оно не прекрасно? — сказала Перл. — И твой любимый цвет.
— Мы сшили его несколько месяцев назад на кружке по шитью, — сказала Нэнси. — Кажется, у меня в кладовке уже есть подобранный набор, если тебе интересно. Давай я посмотрю.
