Я ещё какое-то время сидела с ней рядом, гладила её по голове. И мне так хотелось подарить ей хоть капельку материнского тепла. Чтобы Даша чувствовала, что кому-то ещё нужна в этом мире.
- Спокойной ночи, Дашенька. – тихо прошептала я, положив книгу на стол и укутав девочку одеялом.
А потом ещё раз погладила её по голове, а Даша улыбнулась мне сквозь сон.
***
Валерия
Когда я спустилась вниз, Игорь Константинович уже убрал всё со стола, поставил чашки, чайник с ароматным чаем, оставшийся торт и конфеты.
- Уснула? – спросил он, увидев меня.
- Да, едва голова подушки коснулась. – ответила я.
- У неё сегодня был очень важный день. – Стрельников подошёл ко мне. – Даша очень ждала вас.
- Ей не хватает мамы. – высказала своё мнение я, но, едва увидев поменявшегося в лице Стрельникова, тут же пожалела об этом.
Ну куда я лезу? Почему не могу промолчать, когда это нужно? Едва я про маму Даши заговорила, как лёгкая улыбка с его губ тут же исчезла, а лицо стало мрачным и хмурым.
- Простите, я не должна была. – извинилась я.
- Всё нормально. – глубоко вздохнул он, словно пытался вобрать в лёгкие побольше воздуха.
Но что-то сидело у него внутри и мешало вздохнуть полной грудью. Наверное, это боль от предательства любимой женщины. Потому что если от физической боли лекарства придумали, то вот от душевной, увы, так и не нашли того, средства, которое бы позволяло притуплять боль.
- Вы правы, Даше не хватает мамы. – немного помолчав, согласился со мной Игорь Константинович. – Я, конечно, стараюсь быть с ней как можно больше, любить её за двоих, всё свободное время уделять ей. Но Даше этого мало, и я это вижу. Но сделать, к сожалению, ничего не могу. Знаете, дочка часто спрашивает, за что её предала мама? Что такого она сделала, что мама отказалась от неё? И что ей нужно предпринять, чтобы мама снова её полюбила? А я не знаю, что ей ответить.
- Даша не виновата, просто некоторые женщины не могут быть матерями, потому что у них напрочь отсутствует материнский инстинкт. Меня, например, тоже бросили родители. Папа, как узнал о маминой беременности. А мама в роддоме с лёгкостью подписала отказ от меня. – коротко рассказала я свою историю. – И в этом никто не виноват, я просто была им не нужна. И я знала историю своего рождения, но всё равно сидела у окна и ждала, что однажды мама и папа придут за мной и заберут меня. Но они так и не пришли. Меня даже два раза удочерить хотели, но я сбегала, потому что ждала их, моих родных родителей.
От всех этих воспоминаний я не заметила, как у меня по щекам побежали слёзы, и я тут же смахнула их. Но Стрельников всё равно увидел их.
- Простите, что напомнил вам. – тихо произнёс он.
- Просто берегите дочь и почаще говорите ей, что она самое дорогое, что у вас есть. И что чтобы не случилось, какие бы поступки она не совершила, вы всё равно будете любить её. Для неё это очень важно. Я знаю, что говорю. Я ночами не спала, чтобы учится на отлично. Я зубрила то, что не могла понять, учила всё. Чтобы, когда родители придут, они увидели, какая я хорошая и захотели меня забрать. Игорь Константинович, простите, вам и так тяжело, а тут ещё я со своими воспоминаниями.
- Иногда такими вот воспоминаниями нужно с кем-то делиться, чтобы они не сожрали тебя изнутри. – с грустью улыбнувшись произнёс Стрельников. – Поверьте, я тоже знаю, о чём говорю. Валерия Александровна, - обратился ко мне он, - я вас хочу кое о чём попросить, только вы не отказывайте сразу, сначала подумайте ладно? – начал он издалека.
- О чём? – я вопросительно посмотрела на мужчину.
- Обещайте, что выслушаете меня не перебивая. – продолжил просить он, не торопясь переходить к сути.
- Обещаю. – ответила я, потому что с каждым его словом моё сердце начинало всё сильнее биться от волнения.
О чём таком меня хочет попросить Стрельников, что не может так просто сказать?
***
Валерия
- Понимаете, Валерия Александровна, я у Даши один. – начал он, но поняв, что слова не клеятся, снова ненадолго замолчал. – Я не буду ходить вокруг да около, Валерия Александровна, я хочу вас попросить быть няней, или как там правильно гувернанткой у Даши. Платить вам буду хорошо, об этом можете даже не беспокоиться. Если вы не готовы сразу ответить, я дам вам время, неделю. Потом мне просто нужно будет уехать и мне бы не хотелось снова дёргать Дашу с места.
- Я согласна. – тоже конкретно и без предисловий ответила я. – Но, вам нужно кое-что знать обо мне.
- Что? – Стрельников вопросительно посмотрел на меня.
- Вы спрашивали меня, за что меня хотел убить мой муж? – спросила я, на что он молча кивнул. – Потому что мы с сыном наследники, мой свёкр всё оставил нам с сыном.
- Ого! – присвистнул он.
- Ване, моему сыну он завещал контрольный пакет акций фирмы, остальное имущество нам с ним поровну. Олега и жену он тоже не обделил. Меня назначил опекуном Вани с правом управления фирмой. И как вы понимаете, Леониду это не понравилось. – подвела итоги я последней фразой.
- Ещё бы! – усмехнулся мужчина. – Уверен, у я него были другие планы на эти деньги.