— Разблокируй! — Выдала что-то в обиженно-приказном тоне. Я лишь понятно для обоих хмыкнул. Телефон убрал на прикроватную тумбу.
— Ты очень много говоришь. — Задумчиво произнёс. Не об Анжелке уж точно думал, а она вдруг испугалась, ластиться принялась, щекой в ладонь ткнулась, на ответную нежность рассчитывая.
— Далась она тебе… — Никак успокоиться не желала, но говорили тихо и поглядывала виновато.
А пока я не успел ответить что-нибудь обидное, ладошкой между ног погладила, резинку трусов приподняла, давая ноющему от желания члену такой необходимый после своих необдуманных действий простор. Губами головку обхватила и тут же отпустила.
— Смотрит на тебя, как самка голодная.
— Ты используешь свой рот не по назначению. — Недовольно рыкнул, на затылок надавливая, а Анжелка увернулась и на меня уставилась.
— Олег? — Позвала тихо, и я не выдержал, зубами скрипнул.
— Зачем, вообще, её задеваешь? — На постели сидя устроился и резинку трусов поправил. Анжелка колени под себя поджала и поглядывала исподлобья.
— Да больно надо! Я, вообще, стараюсь не пересекаться с ней. Бесит!
— А вчера что было? Или мне показалось?
Она моргнула раз, другой, и непонимающе покачала головой.
— Ты о том, что тебя её любимчиком назвала? — Проговорила и разозлилась за этот упрёк. — Вот уж точно Америку не открыла! Все знают, что ты у неё на особом положении.
— Все знают, а вякнула ты зачем?
— Чтобы ей стыдно стало! Крутится вокруг тебя и… — Потоком воздуха задохнувшись, взгляд мой недобрый уловив, Анжелка притихла. — Что у тебя с ней? — Проронила и замерла, а я, не веря тому, что слышу, разулыбался.
— Что?
— Я думала… — Начала она, но когда я вперёд подался, чтобы быть ближе, попятилась.
— А думать, детка, вредно. От этого волосы выпадают.
С кровати она сползла и быстрый взгляд на настенные часы бросила.
— Опаздываем. — Осторожно напомнила и платье, что рядом, на стуле висело, к груди притянула, прикрываясь.
Я тоже на часы посмотрел, но, в отличие от Анжелки, спешить и не думал. Обратно в постель рухнул и с тяжёлым рыком потянулся.
— Я ко второй. — Отмахнулся, а она замерла, на меня уставившись.
— Олег, подвези меня, я же опоздаю.
— А ты Захарову отсоси, он же у нас староста — прикроет.
— Олег…
— Анжел, исчезни! — Рыкнул, а она глаза вытаращила и только рот беспомощно открывала. — Достала! — Вызверился я, но всё же через кровать потянулся, из кармана брюк портмоне вытянул и на край постели подкинул. — Возьми на такси и выметайся. — Лицом в подушки упал, а она так и висела над душой. — Что ещё?
— И что собираешься делать? — Неловко переминалась она с ноги на ногу. Я пакостно усмехнулся.
— Дрочить буду. Догадываешься на кого?
Сорока ярым румянцем вспыхнула, но вовремя язык придержала.
— Ты не загулялся, нет?! А если Жорка тебя отметит?
— Что-то я не заметил, чтобы у него пара лишних рук выросла. — Буркнул я и глаза закрыл, хотя бы так уединения добиваясь.
Знал ведь, что тащить Сороку к себе дурная затея, что у неё в общаге будет быстрее и проще, но нет же! Голову поднял, а она всё смотрит. Сплюнул с досады, с места сорвался, окно распахнул и сигарету из пачки, что здесь же, на подоконнике лежала, вытянул. Жадно затянулся.
— Олег, мы уже полгода вместе и…
— Что? Правда? — Недоверчиво хмыкнул. — И что? Уже пора дарить плюшевого медведя?
— Я люблю тебя…
— Поздравляю! — Кивнул с готовностью.
— И осенний бал в эту пятницу. Ты меня так и не пригласил…
— Нет? Ну, значит, приглашу Измайлову. Потому что ещё пять минут, и отсасывать Захарову тебе придётся долго и упорно. — Паршиво ухмыльнулся, а Анжелка из комнаты в коридор в запале выскочила, а вскоре и входной дверью хлопнула. Так быстро, будто пальто и сапоги в руках вынесла.
Настроение сразу улучшилось, дышать будто стало легче. Я затянулся последний раз и окурок через окно выбросил. С Анжелкой пора завязывать… Ни радости от её трёпа, ни удовольствия в постели. То ли дело Измайлова! Что уж тут скрывать, клина я поймал хорошего. Как увидел — запал. С нуля. И чувство это странное в момент первой встречи… будто у трёхлетнего мальчишки, что увидел в магазине игрушек огромный вертолёт или ракету. Такую, что предкам наверняка не по карману, но об этом как-то не думается. И полюбил её этой необъяснимой, маниакальной любовью, когда даже ответа никакого не требуется, ведь это просто игрушка! И показать это тоже сразу хотелось, впрочем, Измайлова поняла всё без слов. Из воздуха это желание выцепила, на нём поймала. «Расстояние вытянутой руки» — заявила тогда она, уже наверняка догадываясь, что преград для меня не существует в принципе. «Ты нарушаешь границы моего личного пространства» — раздражённо выдохнула, не понимая того, что теперь я и есть её пространство. Личное.
