Прошла минута, пять, десять. Внутри всё улеглось, успокоилось. Он дал мне это время, чтобы всё закрыть, зашнуровать, спрятать, как и не было. Не вырвал с клочьями всю правду, а лишь заглянул в неё и мягко ушёл. Большего сейчас не хотел, и за это ему я была благодарна. А когда он из душа вышел, улыбнулся так, будто этого разговора и не было, с сожалением посмотрел на меня домашнюю, давая понять, что уходить не хочется, но решительно выдохнул.
— Погуляй полчасика и я тебя подвезу. — Подставила я губы для поцелуя, но на мои слова Татарин недовольно скривился, целовать не стал.
— Не нужно. — Выдавил из себя мягко, хотя по глазам, по общей напряжённости понятно стало, что готов был сказать в другом тоне и другими словами.
— Да брось ты упрямиться. — Погладила я его по плечам, когда к прихожей развернулся. — Ну не всё ли равно, кто что увидит и что подумает?
К жёсткой спине прижалась, а он плечами повёл, это прикосновение сбрасывая. Обернулся и посмотрел холодно и будто бы зло.
— Ты меня услышала? — Уточнил строго, а я подавила в себе желание под давлением его взгляда попятиться. Примирительно улыбнулась.
— Всё равно ведь узнают. — Голову набок склонила, а Татарин только больше нахмурился, уголки губ поползли вниз, выдавая недовольство, желваки на скулах вздыбились.
— Закрыли тему. — Проговорил и присел, ботинки натягивая.
— Ну вот, я же говорила, что секс портит всё на корню!
— Ты о чём? — Коротко на меня снизу вверх глянув, Олег распрямился и за курткой потянулся.
— Да так… И восьми часов не прошло, а уже на меня рычишь. — Играючи пожаловалась, а он спиной к двери приткнулся, лениво в мою сторону поглядывая.
Вдруг от двери всем корпусом оттолкнулся и на меня двинулся. Я и испугаться толком не успела в ответ на резкие движения, а Татарин уже моё лицо обеими ладонями придерживал. Так странно… Легко, нежно, едва уловимо. Совсем на него непохоже. Совсем не так, как мог бы, как хотел… И к губам своими губами прижался, мягко их целуя. Перебирал осторожно, то верхнюю, то нижнюю на себя оттягивая.
— М-м-м… От тебя невозможно оторваться. — С сожалением выдохнул, мечтательно прикрывая глаза, пахом к моему животу приткнувшись. Снова поцеловал и с мученическим стоном отстранился. Теперь смотрел ясно, а в глазах его задорный огонёк мелькал, дразня и к чему-то нехорошему призывая. — Я вечером заеду. — Пообещал, прошептав это прямо в губы. Руки от моего лица убрал и дверным замком щёлкнул, когда я опомнилась и его одёрнула.
— А ты уверен, что всё правильно понял? — Проговорила достаточно громко, чтобы он намёк уловил и на него среагировал. Но Татарин злиться и выяснять отношения не стал. Шаг ко мне сделал, а показалось, будто весь воздух одним махом себе забрал, оставляя в вакууме.
— Не надо так со мной, Наташ. — Попросил, за кончики пальцев едва уловимо придерживая.
И снова не так, как я того ждала. Казалось бы, опять лица коснуться мог, за шею придержать, но он выбрал чувствительные ладони и теперь осторожно ласкал их, неспешно поглаживая указательным пальцем.
— Я всё понял. — Заверил и в дополнение к словам с готовностью кивнул. — И вечером приеду. — С внушением в глаза посмотрел. — Будь дома. — Попросил, примирительно улыбаясь, делая неторопливый шаг назад, а у меня, будто у новорождённого, когда лёгкие расправляются, всё внутри заболело, зарезало. Так, что даже закашлялась, что слезами подавилась, а Татарин всё понял, но внимание заострять не стал.
Ушёл, а я смотрела ему вслед, пока не скрылся за углом дома. Смотрела и непрестанно думала о странном разговоре. Он знал, что я его проверяла. Пусть тогда, сразу, когда понять что-то пыталась, но проверяла! И он об этом знал… А ещё знал о том, что ничего интересного в файле обнаружить не смогу. «Золотой» мальчик из профессорской семьи. Медали, награды, звания. И всё будто играючи, всё с лёгким налётом небрежности, так легко, что совсем скоро стало просто скучно. Я его архивные фотографии смотрела. Как менялся, как научился взглядом бросать вызов. В шестнадцать Татарин был отпетым мерзавцем. Его глаза говорили об этом. Ещё немного и он научится подминать под себя не только равных, но и тех, кто на порядок старше, опытнее, разумнее.
Всё в той же игре, с командой единомышленников, создал первый интернет-магазин. Сейчас это уже не просто точка, это сеть, затянувшая в себя большинство крупных городов. А он, действительно, завидный жених, который может позволить себе если и не всё, то точно многое. Например, спать со своими преподавателями. Ведь дело не в сексе, дело в том, чтобы продемонстрировать окружающим, кто главный. И Татарин любил быть главным. Любил быть сверху.
