— Да, Володенька, иду, — кивнул Максимов и обернулся к гостю. — Не желаете взглянуть, как мы будем проводить воздействие на опухоль в стадии васкуляризации?
— В какой стадии? — пролепетал тот, мгновенно мимикрируя под стоявший в углу фикус.
— В такой, когда опухоль уже прорастает кровеносными сосудами и уже достаточно заметна.
— Нет-нет, спасибо, я, пожалуй, пойду!
Надо же, какой впечатлительный, удивился Егор. И как таких мнительных в органах держат?
Интересно, все-таки кто начал работы по его тематике? В том, что факты, изложенные Сагарцевым, не являются случайным совпадением, Егор не сомневался ни минуты. Только кто бы это мог быть? Естественно, все это время Егор внимательнейшим образом отслеживал все публикации, хоть как-то касающиеся интересующей его темы, но после того официального запрета — как отрезало. И не только у нас, за рубежом тоже.
Значит, кто-то работал над этой тематикой нелегально.
Этому может быть две причины. Во-первых, не исключена работа под патронажем спецслужб, отечественных или зарубежных — не важно. В любом случае эти и деньги на исследования найдут, и концы в воду спрятать сумеют. Да, видно, не очень-то удалось все засекретить!
Впрочем, возможен и второй вариант. Кто-то умный и не очень щепетильный разобрался в их с Татьяной методике настолько, что сам смог поставить процесс на поток. Кто бы?
Интересно, интересно…
— Алло, Настя? — прозвучал в трубке хорошо знакомый голос.
— Привет, Ник! Как дела?
— Ты спрашиваешь? — в голосе ближайшего друга и соратника слышался нескрываемый сарказм. — Ты хоть иногда информвидео включаешь?
— Чт-то случилось? — похолодела Настя.
— Всего-навсего маленькая сенсация века. Группа «Квейк» приказала долго жить. В полном составе.
— О, Господи! — Настя почувствовала, как земля уходит из-под ног. — Как?! Что произошло?
— Эти кретины были так счастливы после встречи с тобой, что созвали грандиозную вечеринку, человек эдак на сотню, и обдолбались наркотой вдребадан, поясняя всем желающим, что им теперь ничего не страшно, поскольку они — бессмертные. И, знаешь, что в этом самое плохое?
— Никто из них не выжил? — каким-то чужим голосом прошелестела Настя.
— Нет, моя радость. Разумеется, это не есть гуд, мировой траур меломанов и все такое. Но все-таки самое ужасное не это.
— А что же тогда?!
— А то, что несколько десятков человек, включая не «обессмертенного» продюсера, направо и налево раздают интервью всем желающим журналистам, живописуя радость кумиров по поводе обретения бессмертия. А продюсер уже успел разболтать, как ребятки вышли на тебя и даже описать твою неземную красоту. Так что от их навязчивого внимания тебя вряд ли спасет то, что ты была в парике и гриме.
— О, нет! — простонала Настя.
— Увы, да, моя дорогая, да и еще раз да! Так что прости, красавица, но дальше нам с тобой не по пути.
— Как?! Ник, быстренько скажи, что ты просто неудачно пошутил!
— Нет, Настенька, какие уж тут шутки при таком раскладе! Ты уж меня извини, но я не подписывался на всеобщее растерзание за компанию с тобой! Тебе мало было предыдущих скандалов, которые едва удалось замять, тебя не остановила даже эта придурочная Валькирия. Да уж, сами «Квейк»! Контракт века, после которого можно и на покой! Так что теперь выкручивайся сама!
— Но ты же… Ты же говорил, что…
— Ну, мало ли что я говорил и когда! — хмыкнул Ник. — Ты вон тоже добрый десяток лет твердила о наших с тобой общих капиталах и светлом будущем, которое должно было наступить прямо завтра. И так — каждый раз.
— Прости, Ник, милый, прости! — Настя почти плакала. — Хочешь, прямо сейчас перечислю на твой счет хоть всю сумму, которую заплатили «Квейки»?
— Нет уж, спасибо, — откровенно засмеялся Ник. — Только этого мне не хватало! Думаешь, все эти годы я сам не способен был отщипнуть себе кусочек пожирнее? А сейчас — уволь, моя золотая, выбирайся сама.
— Ник, как же так?
— Так вот, — голос в трубке вздохнул почти что с грустью. — И знаешь еще что?
— Что? — сквозь подступившие слезы выдохнула Настя.
— Ты меня не ищи. Все равно не найдешь, — Ник немного помолчал. — А вообще я желаю тебе расхлебаться со всей этой байдой. Искренне желаю!
Прозвучали короткие гудки…
Настя повесила трубку и невидящим взглядом уставилась в зеркало. Красивое, ухоженное лицо мгновенно побледнело и осунулось.
Все, это — конец!
И надо же такому случиться, чтобы все произошло сразу, практически одновременно!
Неприятности начались сразу после Нового года и сейчас напоминали снежный ком, лавину, несущуюся с горы…
