Ctrl C Ctrl V вот меня заменили.
Ты больше не будешь кормить собак у подъезда,
Я больше не буду кормить тебя своей поехавшей крышей.
Вот и амнистия, спаслась от ареста!
Не надо плакать, тише..
Это будет прекрасное утро,
Соберутся «влюблённые» рядом
Полетят их слова, как январская пудра
И растает потом лицемерским каскадом
Попросите ее не искать меня
Я за кухонной плиткой сохраню твой секрет
И, пожалуй, обязательно
Мы допишем когда-нибудь наш сонет
Но..
Меня больше нет.
Меня больше нет.
Меня больше нет.
Меня больше нет.
Меня больше нет.
Меня больше нет.
Больше нет.
Больше.
Меня.
Нет.
Кто-то проснулся. Обычный человек. Без гендера и каких-то физиологических половых признаков. Некто гуманоид. Безымянное тело.
За окном морозное осеннее утро. Листья на асфальте надели белые колючие муфты и лежали мордочками в пол. Везде было тихо. Все остолбенело.
Человек неохотно открыл глаза и осторожно осмотрел комнату. Старенькая мебель уже давно издавала свои вот-вот последние вздохи. На полу лежала книга Мацуо Монро с загнутыми страничками. Запахло чём-то приятным. Это из кухни. Мама готовила завтрак.
Разбросанные тетрадки на столе говорили о том, что пора собираться в школу. Человек с трудом встал с кровати и прошёл на кухню. Мама опять ругалась на плиту. Та не работала уже больше 5 лет. Человек сел.
– Опять ты ничего не ешь! – недовольным тоном сказала мама – Вечно готовишь для тебя, а ты? Выбрасываешь все в пакет. Ты понимаешь, что скоро сдохнешь такими темпами? Что за ребёнок? У всех дети как дети, я не знаю. Быстро ешь!
Она положила в тарелку слегка подгоревшие оладьи и пододвинула к человеку. Он посмотрел на них и принялся ковырять вилкой.
– О Боже! – нервно вспыхнула мать и ушла в другую комнату.
Предполагалось, что мама специально изводит гуманойда. На эти мысли были ряды причин. Одна из которых – неудавшийся брак. Человек часто по ночам мечтал побыстрее вырасти и покинуть родительский дом. Как птица из родного гнезда. Представлял, как бы была счастлива его мать и он сам. И как бы было чудесно наблюдать за своим собственным полетом, не отвлекаясь на других.
Засунув в пакет кашу из оладьев, человек ушёл.
В школе дела обстояли чуть лучше, чем дома. Ненавистных учителей и одноклассников можно было видеть лишь пару часов в день.
– Бедная женщина. С таким ребёнком только страдать. Вы видели, что это существо еду в пакет прячет? – раздался шёпот одноклассников. Кто-то из этой компании считался друзьями этого человека.
Впереди ждала какая-то контрольная. Человек, естественно, к ней не готовился. Индикатор настроения спустился. После очередного провала в учебе, человеку пришлось слушать постные нотации учителей о том, что он никуда не поступит и останется без работы. Его вызвали к директору.
Детектор сидел в кабинете за столом из красного дерева. Все окружающие предметы веяли устрашающей серьезностью. Казалось, что это все мишура, а детектор – новогодняя елка с гирляндой.
«Я всего лишь школьник. Почему на меня взваливают такую ответственность?» подумал человек. Елка заговорила.
– Я вижу тебя чаще, чем своих детей.. Честно, наши встречи уже не приносят мне удовольствия. Посему я решил, раз уж ты не можешь взять себя в руки, то этим займусь я. Даю тебе ровно неделю на исправление своих долгов по учебе, своих мыслей и отношений с окружающими. Если после этих 7 дней ничего не изменится, забирай документы. Держать мы тебя больше не намерены. Выход найдешь.
Слова елки подействовали неблагоприятно.
Человек еле сдерживал слезы.
«Блин!» повторялось в голове гуманоида. День был покачен, но не в голубые дали. Единственным спасением было обратиться к своей сокровенной любви. Человек оделся и пошёл в сторону, где жила любовь.
Дома любовь занималась своими делами. Любовными. Такой вот юмор. Они казались важными.
