Что касается совпадения периодов, то в Солнечной системе есть множество примеров тому. В периодах обращения (вокруг Солнца) и вращения (вокруг своих осей) некоторых планет и их спутников, а также в периодичности повторения одинаковых конфигураций (взаимного расположения двух планет и Солнца) обнаружено немало удивительных на первый взгляд совпадений, или резонансов! Гипотезу, объясняющую эти совпадения, предложил известный математик А. М. Молчанов. Солнечная система, рассматриваемая как система слабо связанных маятников (вращение и обращение – это, безусловно, типы колебаний), существует уже как минимум 4,5 миллиарда лет. За это громадное, с трудом представимое время благодаря слабым силам трения, возникающим из-за приливных возмущений в гравитационно взаимодействующих небесных телах, Солнечная система могла постепенно выйти на некий «кооперативный» режим своего состояния, в котором все стабильные периоды со временем оказались связанными между собой почти целочисленными (резонансными) соотношениями. Другими словами, вся Солнечная система оказалась вовлеченной в единый колебательный режим. Солнце как основной элемент системы не должно быть исключением.
Это означает, что вполне могут существовать резонансные периоды в земных процессах, совпадающие с солнечными периодами. Но прямой причинно-следственной связи в обычном понимании здесь может и не быть! Кроме того, конечно, среди связанных периодов могут быть и случайные совпадения – особенно в тех процессах, где наблюдается одновременно множество различных, но близких по величине периодов.
Причинно-следственную обусловленность сходных периодов необходимо доказывать, рассматривая возможные физические механизмы! И вот тут-то возникают основные сложности гелиобиологии. Механизмы возможного влияния остаются неизвестными. Именно это позволяет скептикам отрицать наличие солнечно-земных связей (исключая процессы в ионосфере и магнитосфере, где влияние доказано прямыми измерениями, а действующие физические механизмы в общих чертах понятны).
Есть еще одна причина (с точки зрения автора этой книги), по которой выводы гелиобиологов пока не попадают в учебники и энциклопедии. Исторически так сложилось, что к гелиобиологии относились настороженно и коллеги-ученые, и государство (во всяком случае, в нашей стране). Гипотеза об обусловленности социальных революций солнечной активностью была вопиющим антимарксистским тезисом, который никак не мог понравиться советской власти. Подобно католической церкви, выступившей против новой гипотезы гелиоцентризма, советская государственная машина начала препятствовать развитию гелиобиологии. А. Л. Чижевский был репрессирован и длительное время находился в сталинских лагерях. На протяжении долгих десятилетий гелиобиология развивалась, находясь в полулегальном состоянии.
Печальная традиция сохранилась и в более поздние времена. Критическое отношение к проблеме со стороны многих исследователей (прежде всего, физиков и, в какой-то мере, биологов) привело к тому, что гелиобиология длительное время продолжала считаться некой если не «ненастоящей», то «полунастоящей» наукой. Особенности научного стиля А. Л. Чижевского этому, по-видимому, некоторым образом способствовали: его энтузиазм, его не принятая в научной литературе манера поэтически и порой чрезмерно эмоционально описывать свои соображения и результаты, его нередкие сопоставления внешнего вида графиков без применения корректного математического анализа ставили молодую науку в особое положение. Были и есть исследователи, которые избегают работать в этой области, опасаясь испортить свою научную репутацию: кое-кто из влиятельных ученых и чиновников от науки до сих пор относит гелиобиологию к разряду если не лженаук, то как минимум псевдонаук. Кроме того, высокая сложность проблемы, отсутствие корректных математических методов, которые могли бы надежно вычленить слабое влияние гелиофизических факторов среди множества других, и в связи с этим низкие шансы на получение достоверных результатов также отвращают потенциальных исследователей от этой темы.
Но выше уже не раз упоминалось, что наука развивается по своим внутренним законам, и потребность в изучении крайне сложной научной проблемы, безусловно, назрела давно. Поэтому многие научные группы и отдельные ученые настойчиво продолжают свои изыскания, публикуют результаты, собираются на конференции. Эти специфические конференции, проходящие чаще всего без участия коллег из сопредельных областей науки, иногда выглядят просто как «тусовки» единомышленников. Но при этом неизбежно падает степень критичности отношения к собственным результатам! Сборники работ таких конференций содержат очень разные по уровню результаты: наряду с корректно выполненными исследованиями по всем законам научного метода нередко появляются и методически несовершенные статьи, к которым можно применить все претензии Корнелиса де Ягера, резко реагировавшего именно на такого рода работы.
