Глава 26 торжественно продолжает, теперь уже не в иносказательной форме, пророческую историю израильского народа и предупреждает израильтян о том, что все будет зависеть от того, как они будут исполнять свои обязательства, лежащие в основе закона. Какой контраст это представляет по отношению к юбилею, за исключением конца главы! Разумеется, я не буду останавливаться на этом подробно. Следует только сказать, что Бог не завершает этого своего испытывающего слова, не напомнив о своём завете, как сказано, о завете с Иаковом, и о своём завете с Исааком, и о своём завете с Авраамом. Здесь Он необычайно выразительным образом говорит о своём завете с каждым из них; так что даже из уст того, против кого они так долго и упорно грешили, в тот день должно было прозвучать троекратное свидетельство его милосердия. “И Я, - говорит Он, - и землю вспомню”. Итак, мы видим здесь связь с предыдущей главой и то, каким исключительно совершенным образом поддерживается божественный порядок даже там, где наша бесчувственность часто мешает нам ощутить это. “Тогда как земля оставлена будет ими и будет удовлетворять себя за субботы свои, опустев от них [ещё одно связующее звено с тем, о чем говорилось до этого], и они будут терпеть за своё беззаконие, за то, что презирали законы Мои и душа их гнушалась постановлениями Моими, и тогда как они будут в земле врагов их, - Я не презрю их и не возгнушаюсь ими до того, чтоб истребить их, чтоб разрушить завет Мой с ними, ибо Я Господь, Бог их; вспомню для них завет с предками, которых вывел Я из земли Египетской пред глазами народов, чтоб быть их Богом. Я Господь”. Таким образом, подробно изложив те беды и ужасы, которые должны были постигнуть людей за их греховность, Бог вновь напоминает им, кто Он. Но какими бы ни были вынужденные перемены в домостроении Бога по причине изменения самих людей (увы, они сменяют лишь одну форму греха и суждения на другую)
